— Знаешь, Турн, я давно ждал чего-то подобного. Когда твоя мать, да не забудут о ней Хэйимдаль и Вэндис, родила тебя, колдунья-повитуха сказала, что ты покинешь нас гораздо раньше, чем я могу предполагать. Так что, остается только благодарить богов, что ты покидаешь нас живым и идешь на важное дело, — задумчиво произнес конунг, глядя по своему обыкновению в окно вослед уходящему.
После этих слов он улыбнулся и показал пальцем в окно. На улице возле крыльца нервно расхаживал Сигги.
— Хороший парень этот Сигги. В свое время, когда я был еще молод и отправился в свой первый набег, его отец заслонил меня от копья стражника одного из торговых кораблей. Его мать, узнав о гибели своего мужа, бросилась со скалы в море. После этого твой дед взял Сигги в наш дом и уже на смертном ложе велел мне проследить, чтобы приемыша воспитали достойно. Не как сына конунга конечно, но все-таки… Эх, пусть боги будут благосклонны к ушедшим, — вздохнул Ларн, помолчал и продолжил, — Ну, да ладно, хватит старых историй. Отправляйся к Галарду и передай ему мой наказ: Пусть он выжмет из тебя и твоего рыжего друга все соки, но к отплытию вы должны быть в состоянии потягаться с любым бывалым воином нашего клана. А я займусь приготовлениями драккара.
Дальнейшие дни слились в одну однообразную полосу. Галард каждый день спускал по семь шкур со своих подопечных, заставляя их учиться нападению и обороне с мечом, копьем или кинжалом, при щите или без такового, а так же борьбе вообще безо всякого оружия. Конунг же организовывал постройку нового драккара и его снаряжение к плаванью, а так же рассылал гонцов по окрестным кланам и принимал откликнувшихся на весть о наборе дружины.
К началу мореходного сезона все было готово. И вот в избе конунга за столом вновь сидели Ларн, Турн и Ордан с Ительгой.
Ордан достал скатанную трубочкой выделанную овечью кожу и развернул ее на столе. Вдруг он повернул голову к двери и к удивлению присутствующих сказал:
— Лучше чтобы на этот раз ты был с этой стороны двери.
После этих слов дверь приоткрылась и в проем просунулась знакомая всем рыжая голова.
— Ну надо же! — разведя руками с усмешкой сказал конунг, — Ладно уж, заходи, лишним ты не будешь.
Сигги прошел и, покраснев, присел на край лавки около стола.
— Что это ты сегодня такой скромный? — не удержавшись, съязвил Ларн, чем еще больше вогнал того в краску.
— Это карта нашего мира, — Ордан перевел всеобщее внимание на шкуру, что была расстелена на столе, — Она досталась друидам от альвингов. Это единственная такая карта. Уже много лет мы храним ее, перерисовывая один в один по мере того, как старая приходит в негодность. Но радоваться рано — берега в наши дни сильно отличаются от тех, что нарисованы на карте.
— Ну-ка, где тут наше побережье? — оживился конунг, пододвигаясь к ней поближе.
— Вот, здесь, — ткнул пальцем Ордан.
Некоторое время Ларн разглядывал извилистые линии, затем произнес:
— Что-то в некоторых местах берега очень сильно отличаются… Вот этих больших островов, например, я вообще не знаю… А тут, дальше на юг, если мне не изменяет память, нет вот этого огромного мыса. Вместо него большущий пролив между островами и побережьем.
— Да, верно. Как я и сказал, берега сильно изменились, особенно после последней войны эйтонов и богов. Тогда были сильные потрясения на земле и на небесах. Вообще предания о том, как под конец войны боги затопили мир в крови эйтонов, и из них спаслись единицы, а среди летнего дня наступила ночь, а затем и зима, длившаяся два месяца, вы должны были слышать.
Все дружно закивали головами в знак согласия.
— Но как бы то ни было, другой карты, дающей хотя бы некоторое представление о землях за морем, у нас нет.
— А это что такое, — осмелев сказал Сигги и указал на странный знак в углу карты напоминавший вытянутую снежинку с восемью лучами.
— Таким знаком альвинги обозначали направление на звезду на носу Звездного Бера. Впрочем, можешь забыть о нем, в наше время он тоже неверен, — откликнулся Ордан, — Ну что, вот вроде и все. Эта карта — для вас, Турн. Да не гляди так, для себя мы сделали еще одну. Что теперь? Проводы и пир?
Конунг посмотрел на молодых людей, те разом погрустнели.
— Что-то не хочется никаких пиров, — ответил Турн.
Сигги кивнул в знак согласия.
— Как знаете. Мы же с Орданом в любом случае сегодняшнюю ночь проведем в молитвах за успешный исход вашего странствия, — впервые за весь разговор подал голос Ительга.
И вот драккар, идя под парусом и на веслах, уходил все дальше и дальше от родных берегов. Турн отвернулся от скал за кормой и принялся рассматривать свою команду. Всего в отряд вместе с Сигги и Турном набралось пятнадцать человек.