— Мир, который был с радостью кем-то оставлен при малейшей возможности, вряд ли вообще можно считать удачным местом, Властитель, — покачал головой д`хагон, явно пока уклоняясь от каких-либо выводов.
— Ну что ж, в таком случае, пожалуй, продолжим, — и Властитель Мира, слегка улыбнувшись такой осторожности, вернулся к повествованию, — Непосредственно же для нашего клана все тогда началось с того, что наш с Нидуммундом отец однажды обрел способность слышать голос бога…
… Заходящее светило, заглянувшее в узкие окна цитадели правителей, бросило свои багровые отсветы на лица молчаливо сидевших братьев. Уже практически всю вторую половину сегодняшнего дня они ожидали, когда им будет позволено увидеться с отцом, но долгожданный момент все откладывался и откладывался. Как только лекари клана позволяли тому принять очередного посетителя, немедленно приглашался кто-нибудь из наиболее преданных правителю регулярных военачальников или членов правления.
Уже все из таковых побывали в апартаментах правителя и лишь двоих его сыновей по-прежнему держали за дверями.
— И все-таки, как ты считаешь? Насколько ползущие по двору слухи могут соответствовать действительности? — произнес младший, обращаясь к своему брату.
— Какие именно? — последовал встречный ироничный вопрос, — Те, которые говорят, что в результате контузии у отца стало не все в порядке с мозгами? Или те, что утверждают, что произошло чудо, и спасся он только благодаря вмешательству одного из богов-Властителей?
В ответ раздалось лишь невразумительное бормотание, и старший сын правителя невесело усмехнулся.
В нынешние времена уже очень многие всерьез не верили в то, что боги-Властители далекой древности действительно существовали, что они и в самом деле когда-то непосредственно обращались к людям и вмешивались в их дела. По большей части все, что как-либо было с ними связано, давно уже выродилось в обычный символизм, широко используемый в повседневном обиходе. Да и сами правители кланов, постоянно воюющие друг с другом из-за остатков ресурсов, предпочитали, чтобы их подданные поклонялись им самим и посвящали все свое время и все свои усилия их целям, нежели действительно беспокоились о каких-то там богах. В лучшем случае те немногие, кто еще действительно верил в их существование, считали, что древние боги-Властители разочаровались во всех своих последователях и просто предпочитают в их дела больше не ввязываться.
Сам же он ранее никогда не лез в какие-либо споры, связанные с подобными проблемами, а предпочитал лучше сосредоточить свои силы на изучении того, что могло в будущем послужить на благо его родного клана. Но в любом случае, спешить с какими-либо выводами относительно всего произошедшего не стоило до тех пор, пока они сами лично не повидаются с правителем.
— А покушавшийся действительно был всего один? — вновь не выдержал младший.
— Исполнитель был один, в этом все уверены абсолютно, — подтвердил его брат и добавил, — А вот откуда у него такая хорошая осведомленность и подготовленность, это вопрос еще тот…
— Н-да… Исполнитель один, выживший тоже только один. И тот благодаря невероятнейшей случайности, — тихо пробормотал он, припоминая все подробности, поведанные ему с глазу на глаз одним из офицеров службы безопасности, — Или все-таки не случайности? — вновь проскользнула настойчивая мысль и он, взглянув в сторону соседнего кресла, поймал в глазах своего брата точно такой же невысказанный вопрос.
Тихо скрипнули тяжелые двери, и в приемной апартаментов правителя показался очередной только что покинувший его военачальник. Вид у вышедшего был настолько потерянный, что братья немедленно подскочили и усадили его в одно из кресел. Впрочем, уже у многих, ранее выходивших сегодня из этого кабинета, вид был далеко не восторженный.
— Да что там, в конце концов, происходит? — невольно вырвалось у старшего, — Что с вами со всеми?
— А как бы ты себя чувствовал, молодой человек, если бы тебе только что сообщили, что красное на самом деле вовсе не красное, и если и не синее, то, по крайней мере желтое, — с прежним потерянным видом невнятно пояснил старый служака и, похлопав его по плечу, встал и тяжелым шагом направился прочь.