Под конец церемонии кровь с вершины таг-чокуля уже ручейками стекала вниз по ступеням, а Тескат-Т`юх руки которого были по плечи в крови, напоминал упившегося ненормального. Даже на лице Тоэльт`сина по окончании церемонии проступила гримаса презрения, когда он смотрел вослед удаляющимся жрецам.
Помотав головой, ярл разогнал навязчивые воспоминания и сосредоточился на песне Брэгги:
— Хорошая песня. Отцу тоже понравилась. Твой друг — настоящий воин, — обращаясь к Турну, уважительно произнес подошедший к нему Тоэльт`син.
— Да что ты, какой он воин, — добродушно усмехнулся ярл, поглядывая на Брэгги, довольно внимавшего похвале своих слушателей и улыбавшегося чуть ли не до ушей, — Он — скальд. Конечно, он и с мечом кое-что может, но лучше всего у него получается дудочкой и песней.
— Истинный воин одними мечом и стрелами не воюет. Он так же воюет и словом, и разумом, и магией. А если воин достиг совершенства, он становится подобен радуге. В нем есть все, и он одинаково хорошо пользуется любым из способов. Каждый наш воин должен стремиться к совершенству и должен стать подобным радуге. Так говорит закон, который дал Пулут-К`йозг воинам навваэлей. Но у нас стали забывать это. Отец стареет, не может за всем уследить. А моего брата веселит только война ради войны и слушает он только Тескат-Т`юха, — Тоэльт`син умолк и горько поджав губы смотрел на видневшееся в отдалении море. Вокруг рта у него вдруг пролегли глубокие морщины, разом сделавшие молодого начальника дворцовой стражи на десяток лет старше.
— Мне совсем не нравится нынешний главный жрец Пулут-К`йозга. Он требует все больше жертв и часто пользуется силой бога лишь для увеличения своего влияния на придворных. Боюсь, он нас всех погубит. Но у меня нет достаточно сил, чтобы противостоять ему. Даже у Аак-Чалана последнее время их не хватает. Поклонение Небесному Змею приходит в упадок, — горько добавил он.
— А почему вы просто не отказались от покровительства Пулут-К`йозга, он ведь все-таки не отличается милосердием? — не найдя ничего лучшего, спросил Турн.
— Когда Вотан покинул эти земли, власть Кош-Чалана на них стала проникать очень слабо. Только очень искусные жрецы могли слышать его советы и указания. Повеления Пулут-К`йозга наоборот были очень хорошо слышны жрецам, с ним было проще. Совсем же без указаний богов мы обходиться не можем. Я знаю, что Аак-Чалан показывал тебе пещеру, в которой изображена история мира. И ты знаешь, что судьба четвертого мира зависит от того, как люди будут выполнять законы богов. А чтобы Пулут-К`йозг продолжал давать свои советы, ему нужны жертвы.
Оба воина умолкли, и некоторое время просто продолжали смотреть на белесые пенные гребни волн, гулявших по видневшемуся вдалеке морю. Потом Тоэльт`син вновь заговорил:
— Есть еще одно старое предание… В нем говорится, что если отыскать камень-солнце четвертого мира и принести его в Че-Те-Каль, в святилище под горой, то тогда Кош-Чалан усилит свою власть над этими землями, и мы не будем настолько зависеть от благосклонности Пулут-К`йозга. Некоторое время назад Аак-Чалан с помощью своей магии искал этот камень-солнце. А потом началась вся эта история с Ай`игель и стало не до этого…
Внезапная догадка молнией сверкнула в голове Турна. Он молча поднялся и пошел к драккару. Найдя среди поклажи свой меч, он так же молча вернулся к своему собеседнику и, показав на красный самоцвет в навершии рукояти, спросил:
— Этот камень может быть тем камнем-солнцем, который он искал?
— Может.
— Держи, — не колеблясь ни секунды, Турн протянул свой клинок молодому вождю навваэлей, — Почему было просто не сказать, что так, мол, и так — это, возможно, то, что мы ищем, и все такое? — после короткой паузы добавил он.