"Я не могу признаться в том, чего не совершала! Рал, как же ты не поймёшь? Но если я сейчас скажу, что ни в чём не виновата, он просто набросится на меня и изобьёт. Не понимаю, как можно быть настолько упёртым и жестоким, но... Лучше промолчать"
Сто восемнадцатая глава
Подождав ещё пару мгновений и поняв, что ответа не последует, Даркен резко толкнул Моргану, и она влетела прямо в каменную стену, ударившись об неё затылком. Не удержавшись на ногах Моргана упала под ноги разгневанного мужа. Из голубых глаз королевы тут же брызнули слёзы, не столько от физической боли, сколько от горького разочарования в муже и съедающего изнутри страха перед ним.
"Какой странный парадокс: ещё совсем недавно Даркен спас меня от насилия, а теперь сам поступает с такой же жестокостью, причиняет физическую и моральную боль. Если он уже тогда собрался меня истязать, зачем спас мою честь? Чтобы на королевском доме не было пятна? Чтобы не унизили в первую очередь его достоинство как мужа и Магистра?"
Гордость и остатки собственного достоинства взяли над Морганой верх. Королеву нашла в себе силы поднять голову и встать с колен, чтобы не валяться у ног мужа, как побитая шавка.
"После поездки в Тамаранг, когда мы ещё не были так близки, Рал был жёсток со мной, но не проявлял настолько изощрённой жестокости. Я не сопротивлялась, ведь была действительно виновата и заслуживала каждого слова и удара. Но сейчас все совершенно по-другому. Несотря на то, что я ни в чём не виновата, сейчас он наказывает меня не в пример ужаснее, чем за случай в Тамаранге. К тому же ещё и не хочет признавать мою невиновность. Разве это справедливо?Прежде я никому не позволяла так паршиво относиться к себе, унижать, оскорблять и бить. И сейчас, несмотря на любовь к мужу, не позволю это даже ему. Я его жена, не рабыня, и относиться ко мне он обязан с соответсвующим уважением! Нет, я не позволю обращаться с собой как с жалкой, бессловесной рабыней! Я не такая и никогда не прогнусь. Чем бы это мне не грозило, я буду защищаться. Пусть лучше он убьет меня, чем так жестоко и незаслуженно пытает, пытаясь заставить меня признать несуществующую вину!Я не изменяла своей брачной клятве, в отличие от него. Я всегда была ему верна, а он спал с Карой и хотел взять Валерию, но я не позволила. Как быстро он позабыл о своих собственных изменах и обещаниях!"
Подняв на супруга горящий болью и гневом взгляд, девушка резко выкрикнула:— Я не лгу! Я с ним не целовалась и не говорила ничего подобного. Да, он хотел вчера поцеловать меня, но я оттолкнула его, и за эту наглость он получил от меня звонкую пощещину с предупреждением больше никогда не приближаться. Я не нарушала брачных обетов никогда и ни с кем, даже в мыслях! Вы можете убить меня, но это правды не изменит, мой Лорд! Вы судите обо мне по себе, поэтому и не верите моим словам, — говоря последние слова, Моргана понимала, как рискует, ведь Даркен сейчас в не себя от ярости, и за такую наглость может и убить, но слова уже сказаны, их не вернёшь.
"Пути обратно нет. Я положусь на любовь Магистра, на его совесть, человечность, благоразумие и справедливость. Если он правда любит меня, эти качества, что есть в нём, должны, победить и пересилить сокрушающаю ярость и безумную, слепую ревность"
— По себе?! — Рал побелел от ярости. — Как ты смеешь отрицать очевидное? Разве я не видел своими глазами тебя с Палмером в постели? Или же не слышал столь убедительных и уверенных при допросе Палмера слов? Я и не ждал, что у тебя хватит мужества сознаться, но впредь я отучу тебя лгать мне прямо в глаза! Ты пожалеешь Моргана. Прежде я относился к тебе с уважением, но сейчас ты узнаешь свое место. Каждый, кто здесь живёт и дышит - моя собственность. И как моя супруга, ты обязана любить меня как своего мужа, быть верной и преданной, а также относиться ко мне с должным уважением как к правителю. Я не принуждал тебя давать клятву верности и связывать себя узами со мной, это было только твоё решение. Твоя просьба, идущая от чистого сердца. Наши узы нерушимы, они даже сильнее брачной клятвы. Ещё с того момента, как ты принесла мне клятву, то стала всецело и полностью моя.
Даркен Рал замолчал и начал прохаживаться по комнате, тягостно над чем-то размышляя. Вскоре он продолжил свой монолог.