— Я любил тебя и люблю. Даже зная о предательстве, не могу выкинуть эти чувства из своего сердца и разума. Но я должен наказать тебя, этого требует закон Дхары. За тот гнусный и грязный поцелуй. За то, что не рассказала всю правду сразу, посмела мило улыбаться ему, взяла ту розу, принимала другие ухаживания и знаки внимания, о которых, к счастью для тебя, мне ещё неизвестно. Если бы ты переспала с ним, то была бы уже давно жестоко убита, и о никаком разговоре и простеньком наказании не было бы речи. Но поцелуй я готов тебе простить, только перед этим ты будешь наказана.
Магистр резко остановился прямо напротив супруги и долго молча смотрел ей в глаза, обдумывая свои дальнейшие слова.
— Сейчас я расскажу тебе одну печальную историю из моего детства, чтобы ты лучше понимала меня и осознавала, что я с тобой совершенно не жесток. Ты должна узнать, как по законам Дхары положено было поступить с изменницей, и поймёшь, насколько я милостив и справедлив с тобой, — каждое слово Рал говорил четко и уверенно.
Его голос как будто заворожил, загипнотизировал Моргану, лишил всей решительности бороться, которая ещё пять минут назад зародилась в её сердце. Уверенный баритон Магистра как будто подавил волю Морганы, с особым магнетизмом действуя на неё. Даркен прижимал её к стене, держа за плечи, и приготовился поведать свою историю.
Сто девятнадцатая глава
— Когда мне было восемь, у моего отца появилась возлюбленная. Он её полюбил безумно сильно, так как можно любить только в первый раз. Мою маму он не любил никогда. Ту девушку звали Аманда. Она была очень светлой девушкой: молодая, красивая, добрая как ангел. Я знал её, она очень хорошо относилась ко мне, мы даже вместе играли. Но однажды, когда мы с отцом поехали на охоту, Аманду жестоко изнасиловал один из её охранников. Она не хотела об этом говорить, и от стыда перед отцом спряталась в саду. Отец ее искал, но не мог найти. Прогуливаясь в саду, я нашёл её до смерти запуганной. Она сказала, что мой отец убьет её, но я знал, как он её любит, и был уверен что так поступить он не сможет. Я убедил её, что все будет хорошо. К сожалению, жизнь - не слащавая сказка. Узнав, что над Амандой надругались, отец не захотел даже смотреть в её сторону. По законам Дхары, за неверность фаворитки или же супруги Магистр должен забить её кнутом до смерти на глазах у народа, дабы показать им, что будет с любой другой предательницей. В тот день я впервые увидел жестокость своего отца. Как наследник Трона, я обязан был смотреть на это, и никого не волновало, что я был тогда впечатлительным и маленьким ребенком. Отец всегда учил меня, что Магистр Дхары не смеет знать сострадания или жалости. Он учил, что любовь делает слабым и уязвимым. С того дня я научился одевать маску холодности и прятать свои истинные чувства глубоко в сердце. Мои истинные эмоции знал всегда лишь один человек - Эгримонт. Он всегда любил и понимал меня.
Глаза Морганы округлились от ужаса. Теперь она поняла Даркена.
"Сколько же он пережил боли, и сколько я ещё не знаю ужасов, произошедших в его жизни... Я поняла для, чего он рассказал мне это: чтобы дать понять, как поступил с любимой девушкой его отец, а как поступает он. Чтобы я поняла, что все могло быть намного хуже"
От осознания того, что в случае произошедшего насилия её ожидала бы такая страшная смерть, по щекам горьким потоком полились слезы отчаяния, в глазах потемнело, и лишь сильные руки мужа, крепко держащие девушку за плечи, не дали ей снова упасть ему в ноги.
- Расскажи в подробностях всё, чтобы было с вами за эту неделю, каждое слово, что ты говорила ему обо мне, каждый взгляд, прикосновения... И поцелуй. Рассказывай, и тогда пыток больше не будет. В противном случае я узнаю это силой. Ты не сможешь долго терпеть боли от эйджила и всё равно всё расскажешь.
На эти слова Моргана смогла лишь окинуть любимого обречённым взглядом, а затем надломленным голосом произнесла:— Мой Лорд, мне нечего вам рассказывать. Между нами не было ничего, касался он меня только единожды - когда пытался надо мной надругаться. Больше ничего. Молю вас, поверьте мне! Я вас очень люблю... — с мольбой в глазах и голосе пыталась достучаться до доброй стороны супруга Моргана.
"Как она смеет мне лгать после того, как я открылся ей, рассказал то, что у меня на сердце?! Я даже поделился сложной для меня историей, а она все равно лжёт!"
Схватив жену за руки, Магистр резко дёрнул её вверх, не обращая внимания на крик боли, который вырвался у Морганы. Он вдавил девушку в стену и железной хваткой обхватил её горло, сжимая его.
Обречённость уступила место ужасу, а лицо покраснело от нехватки воздуха.Даркен Рал больше не владел собой. Если раньше он пытался найти оправдания поведению жены, думал, что сможет понять её и простить, то теперь на него с новой силой нахлынула ярость и злость. Если бы Моргана добровольно исповедалась перед ним, умоляя о прощении, он, может быть, и нашёл в себе силы постараться забыть, но она осмелилась ему перечить, лгать! Стоило ему выйти из покоев, как она бросилась навстречу с Палмером!Своим поведением она опозорила его имя, снова унизила его перед подданными. И этого простить он уже не мог.