Судя по длине белоснежной как снег косы, эта морд-сит была в числе лучших. Ведь в мире, где статус девушки определялся длиной волос, различать важных персон было совершено не трудно.
Сама Дженнсен могла похвастаться рыжими локонами длиной до плеча, и то только потому, что в этой глуши не было тех, кто мог заставить ее обрезать волосы, так как по статусу крестьянки, ей были положены, волосы покороче.
— Здравствуй, Дженнсен, — заговорила женщина в красном, всё ещё держа в руках свое страшное оружие.
— Мне бы не хотелось причинять боль твоей матери, но меня привело сюда дело черезвычайной важности, для мира и счастья во всем мире, и я должна быть уверена, что ты не откажешь мне в помощи, — говорила Денна, смотря прямо в такие испуганные глаза девушки. Она помнила приказ Лорда Рала привести Дженсенн живой, и не убивать ее мать.
Смотря на женщину которую держали дхарианцы, она не понимала, почему Лорд Рал, выбрал такую как она, для роли матери его ребенка.
Сама Денна, долгие годы, мечтала родить Магистру наследника, но увы этой ее мечте, сбыться было не суждено, так как девушке, в следствии, от пыток в прошлом, оказалась бесплодной.
— Прошу тебя, отпусти ее, — взмолилась девушка растерянно и осторожно, ведь эта без сомнения опасная и влиятельная женщина могла нанести смертельный удар в любую секунду, злить ее совершенно точно не стоило.
Больше всего Дженсенн не хотела, чтобы ее мама испытала эту ужасную боль снова; она видела по ее лицу, чувствовала, что сейчас она испытывает слишком сильную боль от прикосновения к коже эйджила
— Я отпущу ее, но сначала ты должна сделать кое-что очень важное для меня и для Лорда Рала, — — жёстко промолвила Морд-сит, ударяя по ладони эйджилом.
— Дженнсен, я тебя прошу, пожалуйста, о чем тебя бы не попросила бы эта жестокая женщина, не смей сделать это, ты не должна ее слушать — Таралин понимала что солдаты могли запросто сломать ей шею одним движением, но все равно не смогла не сказать это дочери, вдруг прикосновение эйджила к горлу обожгло его, сменяя ее слова на стон боли.
Делая это женщина в красном была полностью спокойна, на ее лице не дрогнул ни один мускул, пока мать Дженнсен извивалась на полу, удерживаемая с двух сторон за руки. Девушка подавила тихий всхлип, чтобы казаться сильнее, чем есть, но на сердце ей было так страшно, и очень трудно видет боль и страдания матери, единственного близкого и родного человека.
Мама всегда говорила мне, опасаться дхарианцев, и таких женщин с длиннымии волосами, в красном облачениии, и сейчас я понимаю что это были не просто слова, их действительно стоит опасаться, это страшные люди, как может эта девушка, так мучит мою маму, за что, она ведь не причинила ей никакого вреда.
Увидев нужную реакцию и испуг, в глазах Дженссен, Денна продолжила увереннымм тоном
— Я очень надеюсь, что ты не заставишь меня убить твою мать, Дженнсен, — алые губы изогнулись в злорадной ухмылке, - если ты пойдешь против меня, или же не послушаешься, я буду вынуждена это сделать, и вся вина будет только на тебе. Ты ведь не хочешь этого?
Пятая глава.
Услышав эти слова Дженсенн не смогла сдержаться, и по ее глазам скатилась дорожка обжигающих слез, она покала головой, отвечая этим движением, что не заставит ее такое сделать, я ведь не могу потерять маму,.
Как же я буду без нее, я ее так сильно люблю, она это вся моя семья, отца я никогда не знала, я спрашивала несколько раз, но мама всегда плакала, услышав такой вопрос, и я поняла, что она не хочет говорить на эту тему - очень тревожно рассуждала девушка.
Она была готова сделать все что попросит эта жестокая женщина, только пусть отпустить маму, и не причиняет, ей больше вреда, этим страшным инструментом.
- Пойдем за мной Дженсенн, произнесла Денна, подняв Тералин с колен, два дхарианца, взяли ее под руки, и принялись вести вперед, следуя приказам госпожи Денны, держа руку на рукояти меча, в случае опасности, они бы без промедляния, убили бы эту женщину.
Прошло несколько долгих часов, и напуганная, рыжая девушка, с огненными как солнце волосами, и веснушками, стояла на поле, усеянном телами, обожженных дхарианцев, эта была просто ужасная, очень страшная картина, их было так много.
Дженсенн стало их жаль, да я их не знаю, но все же они люди, и у них есть семьи, это очень страшно - думала Дженсенн, она не понимала, зачем они пришли в такое ужасное место, отдали свою жизнь, какова цель, спросить это она не решалась, ведь боялась разозлить эту женщину.