— И я никогда не допущу, чтобы твой Лорд Рал получил их, они не принадлежат ему!
Услышав эти слова, Далия поняла, что вынуждена нарушить приказ Лорда и узнать нужную информацию силой.
Это была необходимая мера. Осталось лишь найти подходящее для разговора «по душам» место.
— Вы никогда не найдёте шкатулки Одена! — вдруг уверенно воскликнула пленница.
Кара не успела толком отреагировать, как вдруг сапог Далии ударил девушку прямо в голову, отбрасывая её на некоторое расстояние.
Отчего хрупкое тело, как тряпичную куклу, отбросило на несколько метров в сторону.
Подходя к ней, Кара заметила, что девушка больше не подавала признаков жизни, даже не шевелилась.
Покрываясь холодной испариной, она услышала нарастающий набатом в голове бешеное сердцебиение и, сглотнув образовавшийся ком в горле, неспешно наклонилась к телу жертвы, чтобы проверить наличие пульса.
К счастью, тот присутствовал. Она запросто могла бы вдохнуть в неё жизнь, но лишние сложности совершенно были ни к чему.
Если Лорд Рал узнает о произошедшем, то наказание будет жестоким.
— Ты совсем с ума сошла? — со злостью произнесла Кара, тыкая в грудь Далии своим эйджилом.
— Лорд Рал приказал её не трогать! Сначала ты чуть не попалась с этой колдуньей, а теперь хочешь пострадать из-за какой-то девчонки? Я не смогу вечно тебя прикрывать.
— Да знаю я, но это было необходимо, — произнёсла сестра по эйджилу.
— А без сознания она мне нравится больше. Не могла слышать то, что она говорила.
***
Дженнсен проснулась с ощущением, что по её голове только что проехала телега — она гудела, как огромный колокол. Зрение её было расфокусировано.
Перед глазами все напоминало размытый холст, на который какой-то художник решил вылить всю палитру красок, а в ушах стоял шум, словно морские волны одна за другой омывали ее ноющую от боли голову, окружая со всех сторон громкими всплесками.
Трудно было понять, где она находится, а ещё тяжелее было вспомнить, кто она такая.
Даже её имя, которое она вроде как смутно помнила, вполне могло оказаться когда-то ею подслушанным.
Дженнсен шевельнулась и тут же в районе виска что-то схожее с раскаленной кочергой ударило с такой силой, что на мгновение перехватило дыхание, а после из пересохшего рта вырвался пронзительный крик.
Только спустя мгновение девушка смогла осознать, что у нее над ухом раздался заботливый голос, немолодую обладательницу которого удалось разглядеть помутневшим зрением не сразу же.
— Очнулась, девочка? Лежи, пока тебе нельзя вставать. Вот, возьми водички, попей.
Рука женщины осторожно легла на пульсирующий затылок, мягко приподняв голову над подушкой, потрескавшихся губ коснулась холодная чаша, и глоток холодной, освежающей воды смочил пересохшее горло попав ей в рот.
— Ещё! — попросила Дженнсен хриплым, надломленным голосом.
— Много сразу нельзя, девочка! — сторого предупредила женщина.
— Можно ещё один глоточек? — в этот раз язык ощутил большее облегчение, и саднящее горло немного успокоилось.
— Спасибо, — Дженнсен прикрыла глаза.
Ей было тяжело и больно, больших усилий стоило держать их открытыми, ведь они жгли огнём и слезились, а пелена хоть спала в достаточной мере, но все ещё мельтешила перед взором.
— Тебя что-то беспокоит, девочка? Я вижу ты взволнованна! — ласково задала вопрос женщина — ее заботливые руки опустили голову девушки обратно на подушку.
— Где я? — задала страждущая волнующий ее вопрос.
— Ты в безопасном месте, милая. Это замок Роттенберг — вокруг друзья, здесь никто тебя не тронет. Лорд Рал скоро придет.
Сорок восьмая глава.
Тяжёлый камень неведения наконец-то спал с души. Дженсен облегчённо вздохнула.
Осознание того, что она непосредственно находится в полной безопасности, среди добрых и заботливых людей, позволило страху постепенно покинут чертоги разума.
— Хорошо… А правда, что меня зовут Дженнсен?
Несчастная взглянула в морщинистое лицо своей спасительницы, до этого в заботливых глазах, мелькнула тень беспокойства и недоумения от заданного вопроса.
— Да, правда, милая. А ты что не помнишь свое имя?
— Нет, я ничего о себе не помню, — призналась девушка. — Вы можете мне сказать, кто я?
— Я приведу к тебе того, кто все расскажет. История это долгая, а я знаю совсем немного! — подумав, сказала женщина.
— Я буду вам очень благодарна!
— Но пока тебе следует немного поспать — тебе нужно набраться сил, как проснешься станет легче.
Дженнсен не стала спорить с этой милой женщиной — тяжёлые веки закрылись сами собой.