На этот раз Лорд Рал был не один. В бережных объятиях мужчины был рыжий котенок с белым ухом, который с любопытством рассматривал помещение.
Увидев зверька, Дженнсен забыла обо всех тревогах и, сев на кровати, подалась чуть вперед, чтобы разглядеть нового обитателя.
На ее губах появилась улыбка, так как на каком-то подсознательном уровне она почувствовала, что животных очень любит.
— Этого котенка подобрал один из моих людей, — Даркен Рал поднес котенка ближе.
— Я думаю, ему нужен друг.
Когда мужчина протянул котенка ей, Дженнсен ощутила детскую радость.
Она перетащила малыша себе на колени, не переставая умиляться тому, какой он был славный.
Дженнсен была благодарна за этот подарок, поэтому поцеловала Даркена в щеку, но затем ей стало неловко, и она опустила глаза на котенка, стараясь более их не поднимать.
Спустя некоторое время Рал заботливо уточнил:
— К тебе вернулись хоть какие-то воспоминания?
— Она все так ужасны. Я не хочу даже думать о них, — Дженнсен легла, уложив котёнка себе на грудь.
— Мне кажется, их лучше не вспоминать.
Рал ответил на эти слова кивком, и девушка возобновила игру с рыжим малышом.
Котёнок осмелел и принялся тереться об ее подбородок, громко мурлыча.
Дженнсен не думала, что способна сейчас на добрые эмоции, но сумела искренне улыбнуться.
Мужчина снова вышел, чтобы не мешать, и час у Дженнсен прошел в играх с котенком, за которыми она совершенно забыла обо всех горестях и печалях, которые так мучили её.
Пятьдесят четвертая глава
Тем временем выйдя из комнаты Дженсен, Даркен направился к Моргане.
Несмотря на то, что шкатулки были ему крайне необходимы, он всё же понимал, что не может давить на дочь.
Начни он вытягивать эту информацию из Дженсен, она могла закрыться, перестать доверять ему или что ещё хуже, вспомнить свою прошлую жизнь.
Нет, единственным способом добыть шкатулки было проявить терпение.
Нужно было дать Дженсен освоиться, дать к нему привыкнуть.
Кроме того, он не желал наносит своей дочери ещё большую душевную травму. Она достаточно натерпелась.
Но несмотря на это, времени было катастрофически мало. Шкатулки нужно было добыть немедленно.
"Уверен Ричард уже скоро обнаружит их местонахождение. Я должен его опередить." - удручённо думал Магистр.
Зайдя в сад, где на лавочке сидела Моргана и любовалась природой, он сел рядом и взял её за руку.
Почувствовав его касание, Моргана обернулась и обняв произнесла:
- Мой Лорд, я так рада, что вы пришли.
- Моргана, мне жаль, но я пришел ненадолго. Я хотел сказать тебе, что вечером ты можешь поговорить с Дженсен. Будь добра, подружись с ней. Заслужи её доверие и аккуратно выведай, где она спрятала шкатулки. Она должна рассказать мне где спрятала их. - уверенно произнес Магистр.
- Да мой Лорд, я обязательно с ней поговорю, мы подружимся. - с ободряющей улыбкой произнесла Моргана.
Но на сердце у нее было совсем другое. Её мучил один вопрос:
"Кем приходится эта девушка любимому? Я даже думать не хочу о том, что у него есть к ней какие-то чувства."
- Я был рад увидеть тебя Моргана, но мне уже требуется уходить. Эгримонт, отведёт тебя в комнату Дженсен, когда потребуется, а пока отдыхай. Вечер я проведу с тобой - последние слова Даркен сказал уже мягко погладив девушку по щеке.
- Мой Лорд, я буду очень ждать этого. - улыбнувшись ответила девушка.
Услышав эти слова, Даркен встал и направился к Дженсен.
"Сейчас я должен рассказать ей то, что я её отец. Но перед этим, нужно сделать ещё кое-что, что поможет завоевать мне доверие дочери."
Прошло пятнадцать минут, Дженсен все ещё держала на руках котенка и играла с ним, как вдруг она услышала звук. Громкий, пробирающий до дрожи.
Женские рыдания, такие мучительные, что сердце непроизвольно сжалось от чужой боли.
Девушке стало очень жаль ту женщину, которая так плакала, хотелось подойти к ней и утешить.
Девушка нежно поставила котёнка на мягкий матрас. Она волновалась, что не сможет удержаться на ногах, но все же решилась рискнуть.
Опираясь о стены, девушка дошла до двери, а после вышла в коридор.
На ней была лишь сорочка, а поверх неё, чтобы не замёрзнуть был надет халат. Тело тотчас покрылось мурашками, а босые ступни ощутили холод.
Завернув за угол, Дженсен увидела ту самую женщину, которая заботилась о ней в период беспамятства.
Она утешала другую женщину, которая с видимым трудом стояв на ногах плакала, уронив лицо в ладони.
Её истеричные всхлипы ударялись о коридорные стены и звонким эхом разносились по залам замка.