— Ричард, смотри здесь твоя сестра!
Только услышав эти слова Ричард обернулся. Это было похоже на сон — Дженнсен и впрямь стояла в паре метров он них, робко переминаясь с ноги на ногу.
Она выглядела напуганной, и даже когда Ричард обнял её, не перестала дрожать, и почему то ему показалось что от моего касания она задрожала лишь сильнее.
— Как ты оказалась здесь? Как ты? - Искатель отстранился, чтобы лучше рассмотреть сестру, и встретил натянутую улыбку, явно фальшивую. Дженнсен было слишком страшно, чтобы улыбаться.
— Что так напугало тебя?
Девушка ответила не сразу. Взгянула сперва на Шона, словно прикидывая, можно ли говорить при нём.
Ричард знал, что с Шоном его сестра была в хороших отношениях, и то, что в итоге она все же заговорила, было не удивительно.
— Я была у Рала, — тихо прошептала она.
— Он пытал меня. Хотел знать, куда я спрятала шкатулки, но я не сказала. Он действительно тиран, Ричард.
- Но одна женщина служившая во дворце, оказалась добра ко мне, дождавшись, пока Рал уйдёт, она пришла и освободила меня. И дала мне лекарство, способное исцелить всех людей в деревне.
Дженнсен порылась в складках своей юбки и извлекла оттуда два небольших пузырька.
— Это нужно вылить в воду, — объяснила она.
— Достаточно лишь умыться этой водой, и всё пройдёт.
Шестьдесят третья глава
Услышав эти слова Ричард ушам своим не верил. Только что он был готов умереть, дабы добыть лекарство, но неизвестный ему союзник не просто освободил Дженнсен, он дал то, что им нужно больше всего на свете.
Ричард непременно собирался нанести этой доброй женщине визит и поблагодарить, но сейчас нужно было спешить в лагерь заражённых.
Шон взялся проводить. Он знал эти места как свои пять пальцев, безошибочно определял, где лучше свернуть, чтобы сократить путь. Теперь, имея лекарство, спешить нужно было тем более.
Не терпелось исцелить Кэлен, Зедда. Увидеть розовый румянец на их щеках, услышать перезвон смеха возлюбленной, мудрое слово деда. Ричард предвкушал это.
— Гляди! — тонкий пальчик Дженнсен взметнулся к небу.
— Оно движется за нами. Уверена — это следящее облако, которое Рал послал за мной, за тобой, за шкатулками. Я не знаю, за чем ещё, но он придёт, Ричард, он не оставит нас!
Она говорила с таким пылом и волнением, что Ричард чуть не физически ощутил её тревогу. Он знал, что сестра права — Рал не остановится ни перед чем в погоне за своей целью.
— Дай шкатулки мне, — неожиданно решительно сказала Дженнсен.
— Я — Первозданная Неодаренная, пока они в моих руках, облако не сможет их отследить.
Ричард понимал — она права. Но ему очень не хотелось снова подвергать сестру опасностям, так что он согласился нехотя, и лишь потому, что времени на спор у них не было.
Дженнсен перевесила себе на плечо его сумку, и тотчас следящее облако поплыло дальше. План сработал, давая им такое необходимое время.
В лагере времени даром Ричард терять не стал.
Он первым делом вылил часть лекарства в ближайшую миску с водой, отправил Шона передать остальную часть зелья больным, а сам, аккуратно придерживая миску, чтобы не разбрызгать и капли, направился к тому месту, где Зедд исцелял народ.
Дженнсен шла следом, крепко сжимая сумку в руках, почти обнимая. Она дрожала от волнения, как дрожали и руки Ричарда, но утешать сестру и успокаивать себя времени не было.
Картина, которая открылась Искателю под навесом, удручала. Кэлен и Зедд лежали на подстилках, словно облитые грязью. Руки, шеи, лица — всё было чёрным, будто смерть пришла за ними, причём давно.
У ног Кэлен сидел знакомый Ричарду мужчина тот, который спорил с Зеддом час назад. Сейчас его взгляд, полный благоговения и трепета, был направлен на Кэлен. Исповеданный, Ричард умел их узнавать из числа прочих, даже если те были молчаливы. Он прошёл мимо мужчины, не удостоив его взглядом. Наверняка, у Кэлен был повод сделать с ним это.
Ричард подавил в себе все привязанности, заставив себя трезвым взглядом оценить ситуацию. Вены Зедда были чернее и вспухли больше, так что в первую очередь Искатель умыл его.
Метнувшись к возлюбленной он окропил и её лицо, оглянувшись на деда, он понял что лекарство действовало, вены светлели на глазах, а дыхание больных становилось более свободным, более здоровым.
— Дженнсен, работает! — Ричард обернулся не сестру.
На то место, где она только что стояла, но Дженнсен там не оказалось.
Она бежала так быстро, как могла. Прочь от своего чудовища-брата, к отцу, единственному союзнику, и другу.
Когда тот рассказал ей, что его верно подданные больны, Дженнсен знала, что оставлять всё на самотёк нельзя. По плану отца, мне нужно было изобразить союзницу Ричарда, чтобы тот не гневался на меня, передать лекарство бедным людям, а заодно выкрасть шкатулки.