Всё вдруг стало так просто и так сложно одновременно, слёзы потекли по лицу.
Слёзы скорби от осознания что отец ей обо всем солгал, слёзы счастья по обретенному брату-Искателю.
— Я вспомнила. Всё.
Шестьдесят четвертая глава
Она всхлипнула, и Ричард обнял её.
Как можно было считать его врагом? Как можно было в его сожалении видеть ярость?
Как можно было верить в доброту Рала, он всё мне лгал, такой как он, просто не может быть моим отцом, уверена эти его слова, грязная ложь как и другие.
Она вцепилась в Ричарда так сильно, как могла. Больше никакого обмана, никаких тайн.
— Идём, нужно спешить, — напомнил брат.
— Даркен Рал уже, должно быть, на пути сюда.
Она кивнула. Совсем недалеко отсюда находились люди этого тирана, убившего мою маму, медлить не стоило, поэтому Дженнсен позволила вести себя.
В лагере, где лекарство уже вовсю действовало, чувствовалась радостная атмосфера.
Зедд и Кэлен успели покинуть лежанки и сейчас следили за тем, чтобы лекарства хватало всем.
Дженнсен же наоборот приуныла. Рал дал пузырек ей, чтобы доказать, что любит свой народ.
Хорошо, что его хитрость обернулась против него же, но так хотелось верить, что он искренний, честный, невольно ей вспомнились его глаза, как он обнимал меня, держал за руки, как плакал рассказывая о своем отце.
Неужели все это лишь грязная ложь, и каждое его слово неискренне, как же так можно, это ведь так подло.
Я ведь доверилась ему, и едва не совершила роковую ошибку, не отдала ему прямо в руки шкатулки Одена.
— Что с тобой? — Ричард обнял её за плечи.
— Ты вся дрожишь.
— Разочаровываться больно, — проговорила Дженнсен тихо.
— Но я рада, что Рал мне солгал. Ты лучший брат, который у меня только есть.
— Единственный, — усмехнулся Ричард.
— Мы уходим, — сообщил он. — Рал наведается сюда с минуты на минуту.
— Тебя, милая, нужно спрятать. Шон с дочкой останутся с тобой, а нам нужно продолжить нашу миссию, забрать ещё одну шкатулки, и покончить с Ралом, - уверенно произнёс Волшебник, взглянув на Дженсен, он вздохнул с облегчением. Надеясь что Рал, не рассказывал ей всей правды, а если даже и рассказал, то я уверен что сейчас она считает ту правду ложью.
***
Его планы были сорваны, снова. Даркен стоял лицом к окну, смотря на ночной город. Вид зеленых деревьев, цветов, прохожих снующих по улице облегчали груз, лежавший у него на душе. И все же, на внешне спокойном лице мужчины предательски выступали едва заметные морщинки, свидетельствовавшие о душевном смятении Магистра.
Ричард вернул ей память, и теперь она на их стороне, против него. Время проведенное с Дженсен, было для него волшебным, даря столь драгоценные, и крайне редкие в его жизни, воспоминания счастья.
Не важно, что его поданные думали о нем. Да, он не был героем в блестящих доспехах и быть им не собирался. Пусть он был тираном, пусть он мог растерзать любого, даже за самую крохотную мысль о предательстве, но причинить вред рожденной из его крови и плоти, было слишком даже для Даркена.
Сейчас, как и Ричард, она считает его тираном, верит, что это он приказал издеваться над ней, вот только такого приказа он не отдавал, и не отдал бы никогда. Его приказом было привести Дженсен к нему без какого-либо применения силы. Увы, после манипуляций Зедда, шансов, что она поверит в его слова почти не было.
Долгие годы Зорандер растил Ричарда в ненависти к Даркену, убеждая, что ему нужно вести войну против Магистра. Теперь же он займётся Дженсен, а убедить это светлое, наивное дитя будет гораздо проще. Она ещё не видела настоящей жизни, не проходила через испытания и боль, потому-то в ней и сохранились наивность и любовь к людям.
На лице Даркена по-прежнему была непроницаемая маска, но внезапно скрипнувшие зубы, выдавали налетевшее на него напряжение. Он помнил времена до смерти отца, времена когда он был совсем другим, любящим свой народ, хотевшим мира, чтобы не было ни смертей, ни войн, ни боли. Увы, этим мечтам не суждено было сбыться. В одну страшную ночь, волшебник просто разбил их, уничтожил вдребезги, а теперь еще и настроил родных детей против отца.
Спустя ещё несколько мгновений тяжёлых раздумий, Даркен вдруг услышал стук в дверь, а за ним тихие лёгкие шаги девушки. Почти сразу же Магистр ощутил присутствие Морганы близ него.
Даже не видя её, он сердцем чувствовал что это она, по ее лёгким, тихим шагам, слегка сбившемуся от волнения дыханию, и сладкому аромату цветов, всегда сопровождающему девушку.
Подойдя еще ближе, Моргана осторожно положила свои руки Даркену на плечи. Девушка нежно уткнулась лицом в спину Магистра, поглубже зарываясь в его одежду.