Врач – рослый лев с чёрной гривой – раздражённо посмотрел на медведицу.
- Мы уже наложили компресс с соком личинок муленов, уважаемая. Это пока всё, что требуется.
- А чего это он здесь в коридоре лежит?! – в немолодой медведице начал просыпаться материнский инстинкт вперемешку с непониманием, которое начало превращаться в праведную злобу. – Почему его не положат в палату?!
- Легко сказать, уважаемая, - врач тоже недобро сощурился. – Палата всем нужна…
Медведица быстро поняла, куда дует ветер…
- О-о-о-о-ой!!! – опять захныкал малыш. – Больно! Больно-то как…
- Где наш Лавси? – в коридор вбежала пара из льва и львицы. – Где он?!
Увидев своего сына не в палате, а на полу коридора, чета пришла в ужас.
- Что здесь творится?! – заревел отец. – Кто главный?! Кто?!..
- Я главный, сударь, - ответил тот самый врач-лев. – У вашего сына серьёзная кровопотеря из-за обширных и глубоких резаных ран, нанесённых осколками стекла. Мы вынули осколки из тела, продезинфицировали и наложили компресс с соком личинок муленов…
- И положили его здесь?! – лев-отец глядел на сородича с дикой ненавистью. – Вы обязаны были положить его в палату! Я жалобу подам!..
- Вот так им! – поддержала льва медведица. – Совсем врачи скурвились! Чему вас учат-то в ваших медах восемь лет?!
Мама-львица в это время опустилась на колени перед своим сыном.
- Лавси, Лавси… Как же тебя так?..
- Я… Я больше не буду лазить на дедову теплицу, мам. Обещаю… - слабо проговорил львёнок Лавси.
Львица лизнула своего львёнка в лоб и поцеловала.
- Палаты нужны всем! – повторил врач. – К нам больные со всего административного округа съезжаются! Другие больницы закрылись. Никто не хочет во врачи идти и денег нет! А знаете ли, сок муленов тоже денег стоит!
Лев-отец нахмурился. Обнажил клыки. Он понял. Да, в нынешнее царствование царя Ленноза Девятого Синего граждане Леомии буквально боятся болеть. О, боги, что случилось с мощнейшей в мире леомийской медициной? А потом он произнёс:
- Что мы можем сделать?
- Всего-то ничего. Две тысячи леорублей за палату. Мы, врачи, тоже, знаете ли, кушать иногда хотим. А ведь бензин, на котором наша машина вашего мальчика сюда доставила, тоже, по сути, мы оплатили…
***
- Ну, здорово, пополнение! – задорно обратился к новым членам своей группировки огромный бурый медведь в кевларовых доспехах, экзоскелете и с автоматом на ремне. – Меня звать Бурый. Откуда вы такие будете?!
С этими словами медведь в кевларе ткнул когтем в сторону худого и долговязого льва во флисовой кофте оливкового цвета. Тот не растерялся.
- Погоняло – Кирпич. Сержант запаса мотострелковых войск. Уверенно обращаюсь с автоматами, карабинами, пулемётами, гранатомётами. Участвовал в войне в Железном Ханстве, а потом и в Крёзе.
- Ясно, Кирпич, - кивнул медведь. – Следующий!
- Коготь я, - отозвался крупный для своего вида манул. – Прапорщик я. Следил за складами…
- Ясно, ясно. Помню я тебя. Дружки рассказывали. Много пистолетов да автоматов с патронами добыл ты для них.
- Ладно, братки, - закончил наконец медведь в кевларовых доспехах. – Теперь вы все – моя бригада. А я ваш бригадир. И кого за это нужно благодарить? Правильно, нашего дорогого царя-батюшку, Ленноза нашего Синего. Если б не его конверсия с оптимизацией армии – то вы бы так и топтали свои берцы в своих частях за копейки. А у нас – интерес, адреналина хоть отбавляй. И с деньгами всё ништяк. Ладно уже, оружие с бронёй разбирайте. Крестить вас будем…
***
- Мама, а мы скоро уже прилетим? – спросила у красивой молодой львицы её дочка, сидящая у иллюминатора в салоне огромного пассажирского авиалайнера.
Львёнок сидела в ярко-синем кресле и задорно болтала нижними лапками. За иллюминатором стелилось бескрайнее небо и облака. Земля была ещё очень далеко внизу. В салоне самолёта было тихо и комфортно.
Приветливые стюардессы развозили на тележках между тремя рядами кресел вкусную рыбу и мясо домашней птицы. Кому-то наливали безалкогольного пива, лимонада и сока. В особой зоне маленькими фуррами – хомяками, мышами и всякой прочей мелочью – занимались стюарды таких же видов, предлагая им зерно и орехи. А в передней части, около прохода в кабину пилотов, расположилась пара слонов в элегантных костюмах, чьи головы едва ли не задевали потолок салона. Максимум два слона – больше самолёт этого типа поднять не мог.
Синие цвета салона умиротворяли зрение. Было спокойно и хорошо.