Это очень хорошо, что такая погода. Городские радары бездействовали, и никто не мог в точности определить, где находится сенатор. За ним нельзя проследить, его планер нельзя сканировать. Его попросту не видно среди водяных струй. Планер Рогозина искал ориентиры не дальше сотни метров от него, его радар высвечивал на мониторе размытые контуры. Пролетев полкилометра, Рогозин спустился ниже и оказался прямо над пенящимися волнами Белой бухты. Теперь главное не потеряться. Бухта узкая, но если свернуть в сторону моря, можно никогда не найти суши. Внезапно радар поймал устойчивый сигнал, что немало успокоило Рогозина, который уже начал рыскать планером в поисках берега. Вскоре впереди стали вырисовываться белесые тени, и внезапно перед планером возникла башня маяка. Мыс Ветров. Рогозин резко крутанул штурвалом и направил планер на посадочную площадку. Хватит, отлетался. Ещё бы немного и улетел в море, а там участь ясна.
Планер мягко сел на каменный помост. Рогозин отключил все системы и, не раскрывая зонта, побежал к сторожке.
-- Эй, хозяин! Есть кто? -- сенатор забарабанил кулаками в запертую дверь. Щёлкнул замок, скрипнули ржавые петли, открывая тяжёлую деревянную дверь, и на пороге возник, словно призрак, старик-смотритель.
-- Чего тебе надобно, добрый человек? Не та погода, чтобы летать на планерах или путешествовать! -- проворчал он, осматривая Рогозина с ног до головы.
-- Именно та погода, когда дела не требуют отлагательств, -- кивнул Виктор Алексеевич. -- Приветствую тебя, уважаемый! Я прошу лишь крова, чтобы согреться, и возможности попасть в город, если таковая имеется.
-- Проходи, чего встал? -- смотритель махнул рукой, приглашая путника. -- Впускаешь сырость в дом и только.
Войдя в сторожку, Рогозин осмотрелся. Внутри было темно, лишь настольная лампа и экран монитора освещали дальний конец комнаты. Едва глаза сенатора привыкли к темноте, он смог различить детали убранства. Так рядом с входом стоял небольшой шкаф-купе, чуть дальше у стены - обеденный стол, окружённый лавками. Левый угол комнаты был отведен под кухню: здесь была размещена газовая горелка, маленькая микроволновка, над разделочным столом нависли хлебница и несколько полок, заставленных утварью. На полу была расстелена циновка. Видимо, всё поддерживалось в надлежащем порядке и чистоте, иначе бы старик не остановил путника у входа и не приказал разуться.
-- Ну, откуда направляешься, добрый человек? Да в такую погоду, когда все нормальные люди сидят по домам и нос на улицу не кажут, -- смотритель побрёл на "кухню" и принялся возиться около горелки.
-- К твоему сведению, уважаемый, наличие дождей не останавливает нашу деловую жизнь. Чтобы жить и зарабатывать, мы не должны обращать внимания на природные явления. Природа не должна быть препятствием для человека, -- с важным видом продекламировал сенатор. -- Тебе вообще известно, кто я такой?
-- А кто ты такой? -- смотритель обернулся. -- Почему я должен тебя знать?
Рогозин облегчённо вздохнул. Хоть с кем-то он может быть в полной мере откровенен и не бояться, что его местонахождение выдадут. Сейчас даже от рядового человека можно ожидать предательства, если он более чем наполовину лоялист.
--Я, как говорится, широко известен в узких кругах. Я подумал, что ты тоже к ним относишься, -- пояснил он.
Смотритель отмахнулся.
-- Не отношусь я к твоим узким кругам, -- сказал он, доставая с полки тарелки. -- Иди к столу, я сейчас есть собирался. В такую погоду только есть и спать.
-- Давно таких дождей не было, -- вздохнул Виктор Алексеевич. -- Нас не смоет?
-- Не смоет, строили надёжно. Смотри, как бы твой планер в море не унесло.
-- Надеюсь, он будет на месте. Ты недоволен? Я тебя отвлекаю от чего-то?
-- Нет, не отвлекаешь, -- смотритель указал на микроволновку. --Я готовлю обед, так что ты вовремя. Присаживайся. Дождь успокоится, тогда дальше полетишь.
-- Спасибо, за приглашение, -- сказал сенатор, осматриваясь. -- А тут интересно. Чем ты тут занимаешься? В чем состоит твоя работа?
-- Я всего лишь сторож.
-- А маяк? Вдруг что-нибудь выйдет из строя? -- спросил Рогозин, осматриваясь.
-- Ничего не выйдет. Чему тут ломаться? Вся аппаратура проста, как этот чайник. Я просто присматриваю за маяком, чтобы всё работало исправно, без перебоев, и защищаю периметр.