ГЛАВА ШЕСТАЯ
Судья говорит
Небо на востоке порозовело. Рассвет вот-вот наступит. Воздух стал влажным. Кирилл поёжился и тяжело вздохнул. Холодно. Посидев еще немного на камне, он продолжил свое восхождение вдоль стены Училища. Теперь, когда более-менее рассвело, ему стало удивительно, как же он не скатился вниз по склону, когда спускался здесь к шоссе несколько часов назад. Один неверный шаг, и немедленное падение переломало бы руки-ноги. Кирилл посмотрел вверх. Ещё далеко взбираться, карабкаться между валунов, цепляясь за стволы сосен.
Три часа он шёл по обочине шоссе в надежде, что его кто-нибудь подвезёт. Однако редкие машины проезжали мимо, не обращая внимания на парня, машущего им рукой. Его ноги устали отмерять километры пустынной дороги. Порой хотелось остановиться и сесть. Да и сон начинал брать своё. Голова стала ватной, мысли возилисьмедленнее. Кириллу уже стало всё равно, успеет ли он к утреннему построению или нет. Тело двигалось автоматически, в то время как разум начал отключаться.
Тихий шорох шин вывел его из бессознательного состояния. Шоссе и лес впереди осветились фарами приближающегося автомобиля. Кирилл обернулся. Вот он, наконец-то, едет красавец, только не проезжай мимо, только не проезжай...Старательно пряча красное пятно на манжете рубашки, Кирилл проголосовал. Автомобиль промчался мимо, дьявольски сверкая алыми габаритными огнями. Кирилл разачарованно выдохнул, опустив руку. До Училища ещё километров двадцать пять, расстояние, которое ему пешком не пройти... Визг тормозов и шорох гравия заставили Кирилла вздрогнуть. Воспрянув духом, он побежал к остановившемуся у обочины седану, явно дожидающегося его. Дверное стекло медленно ушло вниз, открывая лицо водителя.
-- Подвезти, парень? -- за рулём сидела девушка лет двадцати пяти.
-- Да, неплохо бы... -- прохрипел Кирилл, тяжело дыша от быстрого бега.
-- Заходи быстрее, -- приказала она, кивнув на дверь с другой стороны.
Кирилл засмеялся от радости. Кончились его мучения. Тяжело брякнувшись на мягкое кожаное сиденье, онощутил необыкновенное блаженство. Наконец-то он сидит. Боже, как хорошо-то...
-- Что ты забыл тут в четыре часа утра? -- спросила его благодетельница. -- Нормальные дети должны уже спать.
-- Я уже не ребёнок, -- возразил Кирилл, вытянув ноющие ноги.
-- Где тебя высадить?
-- Около Лётного училища. Где-нибудь за поворотом.
Девушка засмеялась:
-- Теперь понятно, кто ты и откуда.
Крутанув кожаный квадрат руля, она вывела машину на асфальт и быстро набрала скорость. Длинная лента шоссе петляла поворотами, свет фар выхватывал из темноты деревья, кусты, разделительная полоса мелькала перед капотом... Сон постепенно овладевал им. Кирилл помотал головой, словно сбрасывая его, затем, чтобы занять чем-то воображение, присмотрелся к своей спутнице. Длинные золотые волосы, красивый профиль, белая ровная кожа. Глаза блестели зелёным в свете бортовых приборов. Красивая, точёная шея, плечи словно из мрамора...
-- Ты что там рассматриваешь? -- поинтересовалась она.
-- А ты не боишься ездить так поздно одна? -- ответил вопросом на вопрос Кирилл.
-- Если еду, значит не боюсь, а что?
Кирилл пожал плечами:
-- Мало ли что. Всякое бывает на дороге...
-- Ты что ли "всякое"?
Девушка покосилась на него, скривив губы. Кирилл понял, что может произвести на неё неприятное впечателение.
-- ...но пока здесь сижу я, ничего плохого не случится, -- он попытался исправить положение.
Девушка засмеялась.
-- Тебя как звать-то, кадет?-- спросила она.
-- Кирилл, -- ответил он. -- А тебя?
--Называй меня Са-тин, так будет вернее.
-- Странное имя, -- сказал Кирилл. -- Ты откуда?
-- Не из этих мест. Издалека. Здесь меня никто не знает.
-- Путешествуешь?
-- Ну... можно сказать и так.
-- И много где была?
-- Много... много вопросов, кадет, -- усмехнулась Са-тин. -- По идее, это я должна тебя спрашивать. Это я-то не местная. Ты сказал про Лётное училище, так? Это то самое, что за высокой стеной на склоне?
Кирилл нахмурился. При упоминании об Училище он почувствовал, как на него свалилась тяжесть текущего положения. Са-тин словно почувствовала его и попыталась успокоить парня.
--Проблемы с учёбой? Или родственники огорчают? -- участливо спросила она.
-- И то, и то, --Кирилл вздохнул и отвернулся к окну. -- Только родственников у меня теперь нет... пока нет. Была семья. Мать, отец. Теперь семьи нет...