Очнулся он уже в переходе. Прислонился к стене, чтобы перевести дух.
-- Что это была за чертовщина? -- спросил он, почувствовав что не один.
-- Это ригмеец, -- ответила девушка. -- Он уже давно обрабатывает аборигенов на этой пленете.
-- Ты откуда знаешь?
-- Не важно.
Рогозин присмотрелся к ней. Высокая, стройная, лет двадцати пяти, красивые золотые волосы волнами спадают на плечи. Одета в облегающий комбинезон пилота, подчеркивающий красоту её фигуры.
-- Ты вообще кто такая? -- спросил Виктор Алексеевич.
-- Ты можешь называть меня Са-тин, -- ответила девушка, и в глазах её блеснул огонёк злости. -- Ты видел то, что сделал ригмеец, так что ты теперь для него цель номер один. Он не потерпит свидетелей.
-- И что мне теперь делать-то? -- растерялся Рогозин.
-- Бежать отсюда как можно скорее!
Где-то сверху глухо ухнуло, и по стенам прошлась волна вибрации.
-- Оттоки атаковали... -- прошептала Са-тин.
-- Что? -- Рогозин поморщился - такими неправдоподобными показались её слова.
-- Через восемь минут они доберутся сюда, -- Са-тин внезапно толкнула сенатора к выходу. -- Беги быстрее, пока не поздно!
-- Ага... -- раскрыв рот, кивнул тот и поспешно засеменил вперёд. Новый взрыв, ещё ближе предыдущего, придал ему ускорения.
Через несколько минут он уже был в административном корпусе. В коридорах были видны следы недавнегобоя. Двери кабинетов распахнуты настежь, иные вовсе выбиты. Пол завален бумагами, книгами, папками. В стенах видны пулевые отверстия. Под ногами - красные следы, капли...
За углом его едва не расстреляли пятеро велитов из гарнизона резервации:
-- Стой! Кто идёт?
-- Человек вроде...
-- Я свой! --сенатор живо поднял руки и пригнулся, когда несколько пуль ударились в стену позади него. -- Я - Рогозин... сир Рогозин!
Двое велитов выбежали к нему, схватив под локти, повели к своим позициям.
-- Эти черти лезут и лезут... -- говорил один, испуганно пялясь на сенатора через стекло визора. -- Это всё, что осталось от нашего отделения... Мы прикрыли директора Акиру, а затем отступили. У нас много раненых... И откуда у них только огнестрельное оружие...
-- Захватили северный склад, оттуда и оружие, -- отрезал второй, оглядываясь назад.
Велиты забаррикадировали узкий коридор, завалив его шкафами, столами и стульями из кабинетов. Перетащив сенатора через укрепление, бойцы перепрыгнули вслед за ним.
-- Вам здесь нельзя оставаться, сир Рогозин, -- лейтенант отдал ему честь. -- Оттоки вот-вот должны нагрянуть. Мы не отступим до тех пор, пока не перебьём всех до единого.
Сенатор кивнул:
-- Молодцы! Бейте их, пока не образумятся.
-- Иванов! -- лейтенант толкнул одного из своих велитов. -- Проводи гостя до взлётной площадки.
-- Нет-нет, -- запротестовал Рогозин. -- Я помню, как туда добраться. Вам надо оборонять проход...
Лейтенант кивнул и надвинул на глаза визор.
-- Спасибо за доверие, -- сказал он. -- Мы не подведём.
Оставив солдат позади, Рогозин пошёл дальше по коридору. До выхода на взлётную площадку осталось всего несколько метров.
--Берегись: оттоки! -- раздался сзади чей-то истошный вопль, и крики наступающих утонули в треске пулемётных очередей.
Первое, что почувствовал Рогозин, раскрыв дверь наружу - запах гари в воздухе. Панорама битвы захватывала дух. Восточное крыло стены было объято пламенем. Пушки из оборонительных башен вели огонь по наступающим аборигенам, засевшим в жилых многоэтажках снайперам; оттоки, взбираясь вверх по стене, перебегая по наружным переходам, лестницам, отвечали залпами из РПГ, очередями винтовок. Совсем рядом, всего в нескольких десятках метров грохнул взрыв, вышвырнув вверх куски бетона, арматуры, мерцающие осколки стекла, и одна из башен провалилась вниз со стены на территорию резервации. Всё заволокло клубами пыли и едкого дыма. Рогозин, закрывшись рукой, побежал вдоль взлётной полосы, закашлялся.
Там, впереди он услышал звук лопастей. На площадке стоял, вращая винтами, готовый к отлёту гексакоптер. В этот момент сенатор заметил другой аппарат, удаляющийся в сторону Дактоны. А из гексакоптера, того, что впереди, знакомая фигурка пилота отчаянно прыгала, махала рукой, призывая поторопиться. Это Ирина.Боже, как ему повезло! Однако радость Рогозина мгновенно испарилась, когда он увидел, как к парящему вдали аппарату откуда-то снизувылетели две ракеты и на скорости врезались в его корпус. Разваливаясь в воздухе, он рухнул в саванну.