По замыслу создателей марксизма место в общей революционной борьбе со старым строем должно было найтись всем, не только пролетариям. К деятельности во имя грядущего светлого будущего смело могут присоединяться все прочие классы. Потому и во всех прочих классах и слоях общества, даже среди крупнейших предпринимателей и капиталистов, нашлись одурманенные идеями марксизма-ленинизиа люди. Существование под единым знаменем марксизма теории ниспровержения и разрушения власти имущих, а также построение в отдаленной перспективе общества всеобщего благоденствия позволяло воздействовать на чрезвычайно широкий слой общества.
Между тем научная ценность экономических и социологических взглядов Маркса чрезвычайно преувеличена. Уже первая глава «Капитала», где даются основополагающие понятия и определения, противоречива и нелогична, умышленные умолчания и подмены понятий создают фундамент дальнейшей лжи. Не ставлю перед собой задачи здесь критиковать написаное Марксом. Для этого есть другие возможности. Однако не удержусь от одного замечания. В «Капитале» утверждается, что только полезные вещи, созданные трудом человека, имеют стоимость и ее денежное выражение — цену. Согласимся с этим. Но ведь нельзя отрицать и того, что существуют аналогичные полезные, потребляемые человеком вещи, к созданию которых он не прикладывал ни малейшего усилия. К примеру, дыхательная смесь на подводной лодке, вода, полученная на опреснительной установке — результат трудовой деятельности человека. А вот воздух атмосферы; родниковая вода — продукт природы. С потребительской точки зрения разницы между продуктами нет, с точки зрения стоимости — как между нулем и единицей. Сопоставление подобных пар полезных вещей позволяет разобраться в том, что же есть на самом деле процесс «труда».
Чем отличается естественная дыхательная смесь от искуственной с точки зрения ее получения? В обоих случаях это результат действия сил природы — химические реакции и физические процессы на существующие элементы материи. Только в одном случае процессы происходят как бы хаотически, подчиняясь естественным закономерностям и законам материи. В другом случае присутствует еще и вмешательство человека. В чем оно? В регулировании природных процессов таким образом, чтобы полезный ему продукт в нужном объеме в нужное время был необходимом месте. Словом, процесс труда — это как бы направление, катализация человеком природных процессов в интересах собственного потребления. Интеллектуальная составляющая деятельности человека как раз и является сущностью процесса «труда». И основным в процессе труда является скорее конструктор, инженер, техник, технолог, организатор производства, менеджер, хранитель информации, в конце концов, банкир… А роль пролетария очень часто сводится к умению быть частью конвейера, машины, к способности быть движителем какого-то орудия производства. В марксизме однако все перевернуто с ног на голову и представлено с точностью до наоборот. Там предпочтение отдавалось не тому, кто «думает, как вкалывать», а тому, кто «вкалывает, не думая». Не поэтому ли в странах, искренне исповедующих марксистскую идеологию, было негативным отношение к интеллигенции, к ученым, к деятелям культуры? Не здесь ли источник гонений на интеллигенцию в послереволюционной России, хунвэйбиновском Китае, полпотовской Кампучии?
Забавным получается и следующее наблюдение. Оказывается относительно такой безусловно полезной вещи, как воздух, человечество давно живет при коммунизме. В самом деле, разве мы не имеем права дышать «по потребности»? Строительство «абсолютного» коммунизма — это бессмыслица, поскольку потребности человека возникают прежде решения о путях их удовлетворении. Гораздо важнее сегодня сберечь тот «коммунизм», который дарован нам природой, в котором жили наши предки. Ведь дышать чистым и естественным воздухом перестает быть дарованным природой правом. Уже сегодня здоровый и чистый воздух нужно производить. А проблема чистой воды, экологически безупречной среды обитания…
Помимо двух противоречивых учений — призыв к ниспровергающей старый общественный строй революции и устремление к строительству утопии под названием коммунизм, в марксизма присутствует еще одна грань. Она напрямую касается России. Маркс и Энгельс разделяли уничижительные оценки русского православного государства и его политики. Аргументы для своей антирусской пропаганды они заимствовали в английских изданиях. А там утверждалось даже такое — Англия захватила Индию, чтобы уберечь ее от России. Таким образом проявлялась и зависимость работавшего в Англии Маркса от англосаксонской внешнеполитической пропаганды, и влияние немецкой классической философии, наделявшей лишь западные народы ролью творцов мировой истории.