Не менее важным, чем описание вооружения и защитных доспехов армии Золотой Орды, является, по мнению автора, понимание тактики боя, которая применялась татарами, в том числе и в битве при Синих Водах. Следует заметить, что многие историографы (как прошлых лет, так и современники) иногда ошибочно считали, что все достижения армии Монгольской империи, а позже Золотой Орды связаны исключительно с численным превосходством над противником, которое татары имели на полях сражений. Однако, если проанализировать новейшие исследования этого вопроса, вывод может быть сделан совсем не в пользу такой версии. Наоборот, очень часто татарское войско не имело численного преимущества над врагом и только благодаря своей мобильности и умелому командованию его тактическими подразделениями могло заставить врага считать, что ордынцы в действительности превосходят его по численности. О таком положении дел может свидетельствовать хотя бы тот факт, что даже во времена Чингисхана (то есть во время своего наибольшего расцвета) армия Монгольской империи едва насчитывала четверть от количества воинов своего главного противника — армии китайской империи Цзинь.
Рассматривая тактику и стратегию ордынцев, следует четко помнить, что все подразделения армии Золотой Орды были конными, чрезвычайно быстроходными и мобильными. Даже жилье ордынцев — юрты — было приспособлено для быстрого передвижения. Эти конструкции, которые состояли из деревянного каркаса, обтянутого войлоком, быстро разбирались и собирались, давая возможность войску Золотой Орды буквально за несколько часов построить среди голой степи настоящий город, ничем не отличимый от тех, в которых они сызмальства привыкли жить. Кроме разборных юрт существовали и большие стационарные сооружения из войлока, располагавшиеся на огромных повозках. Наверное, зрелище перемещения сотен гигантских юрт, для перевозки каждой из которых использовалось несколько десятков быков, было впечатляющим для глаз средневековых европейских путешественников.
Как отмечают исследователи, опасность удара татарского войска вынуждала их противников находиться в состоянии нервного напряжения задолго до того, как они могли увидеть перед собой темные полчища всадников на низкорослых косматых конях. Начиная новую военную кампанию, Золотая Орда пыталась собрать как можно больше разведданных о государстве или союзе племен, с которым она намеревалась вести войну. Многочисленные шпионы хана сообщали ему о всех слабых местах в обороне будущего противника. Особое внимание уделялось сведениям о внутренних противоречиях, имевшихся во враждебном стане. Эти сведения были нужны татарам для будущей информационной войны. Надо сказать, что в ведении такой войны ордынцы были не меньшими мастерами, чем на поле боя, еще в то давнее время оценив все выгоды, которые она может предоставить. Так, например, перед началом наступления большое внимание уделялось татарами искусственному усилению вражды среди населения враждебной страны. Для этого ордынцы не гнушались ничем. Служителям местного религиозного культа они обещали лояльное отношение к их богам, бедным — обеспеченную жизнь, богатым — гарантии неприкосновенности их имущества. Другим элементом информационной войны были слухи, которые распускались шпионами по приказу хана. Эти слухи неимоверно завышали в глазах будущего противника количество и боеспособность ханского войска, а также жестокость нукеров к тем, кто оказывал сопротивление татарской армии. Именно о таком способе ведения информационной войны войском Золотой Орды сообщает нам арабский историк XIII века, Ибн аль–Асир. В своем трактате, посвященном истории Чингизидов, он повествует о том, что один–единственный монгольский воин мог заехать в парализованную страхом вражескую деревню и убить всех ее жителей без малейшего сопротивления с их стороны. Также Ибн аль–Асир приводит в качестве примера случай, который действительно имел место во время одной из войн, проводимых армией Золотой Орды. Однажды татарин захватил пленного и намеревался убить его, но у него не было при себе никакого оружия. Тогда нукер приказал пленнику лечь на землю лицом вниз и ждать его. Воспользовавшись тем, что пленный был подавлен страхом и не смог ослушаться приказа, кочевник сходил в поселок за саблей, вернулся и только тогда отрубил несчастному голову.