– Так все-таки ты убрала, а не я? А говоришь, что ты не вмешиваешься в мою жизнь.
– Сколько же тебе можно объяснять – я ничего не могу без твоего желания. Сначала ты сам должен раскаяться в своем поступке, только твое покаяние дает необходимый ресурс, необходимую силу для того, чтобы исправить твой временной проект. Ты вот только что сказал глупость, за которую позже поимел много неприятностей и стыда. Ты даже не представляешь, КАК ты каялся в том, что сейчас хотел мне нагородить! Как ты потом много узнал из того, чего не знаешь сейчас! Твоего покаяния хватило бы нам на много исправлений.
– Так исправь же еще что-нибудь, если средства остались, не пропадать же?
– Уп-с! В Беловском заговорил американец, – рассмеялась Изволь. – Не волнуйся, ни слезинки, ни вздоха у Господа не пропадет напрасно! Все пойдет на исправление нас, неразумных… Тебя уже исправляли-исправляли, исправляли-исправляли! Вот, получился человек, как человек. Видел бы ты себя раньше!
– ???
– Как-нибудь покажу твои похождения в Голливуде или твои 15 лет в колумбийской тюрьме.
– В колумбийской тюрьме? Как меня туда занесло?
– Тебя посадили за контрабанду наркотиков.
– Наркотиков???
– Да, да! Не удивляйся! Когда ты сломал позвоночник на одном из шоу, твои дела пошли совсем гнусно. Тебя все забыли, жена бросила, облапошив вместе с твоим адвокатом на всех судах. И ты остался у разбитого корыта. Но, привыкнув к роскоши, ты не смирился с таким положением, поэтому связался с так называемой «русской» мафией, в которой русским был только ты, а та свела тебя с колумбийцами.
– Кошмар какой! И зачем вам такой тип понадобился?
– Лучше тебя просто не нашлось.
– Да ладно!
– Вот тебе и ладно. У нас оценочные нормативы другие. Не как у вас. Мы измеряем желание человека, а не то, что из него получилось. Было бы желание, как говорится…
– Неужели у меня было так много покаянного ресурса, что хватило на столь кардинальную коррекцию моей судьбы?
– Нет, конечно. Хотя справедливости ради нужно признать, что в тюрьме ты локти покусал, повыл волком…
– А где же вы взяли остальной ресурс, забрали у других? Ограбили чью-то судьбу?
– Бог с тобой! Никого мы не грабили! Покаянный ресурс аккумулируется и в прошлом, и в будущем многими поколениями. Миллионы людей молились, молятся и будут молиться не только о собственной разнесчастной душонке, но и о будущем родственников, страны, человечества, просто любимых людей. Что такое молитва за усопших – знаешь?
– Ну… это…
– Это желание исправления их прегрешений. Человек уж умер давно, а его потомки за него молятся, и его временной проект исправляется. От этого и потомкам лучше становится. Например, они не получают наследственных болезней, приобретенных в результате ошибок предка, он просто их не приобрел. Не приобретают плохих семейных привычек и традиций, которые бывают порой губительнее, чем болезни. Понял?
– Вроде понял.
– Но помни, что все сейчас болтается на ниточке. Противодействие сил так ожесточилось, что все может рухнуть!
– И что тогда?
– Я… я не знаю, что тогда. Но я знаю, я верю, что не рухнет. Мы победим!
– Но если…
– Никаких «если»! Не бывать этому! С нами Бог! Или атаку штурмовиков уже забыл?
– Нет, помню… До сих пор ноги ноют…
– Такое бывает. Иногда наше тело помнит наши иные проекты. Это случается тогда, когда впечатления в этих проектах были очень сильными. Настолько сильными, что их не удается стереть до конца. Они стираются только из сознания, а вот из клеток, из памяти материала удалить не всегда удается. Знаешь такое понятие – память материала?
– Слышал, что у металлов она есть, у кристаллических структур.
– Правильно, но не у одних металлов и кристаллов. Она есть у любой материи. В ваше время научились пользоваться памятью только металлов и некоторых полимеров. Короче, возьми любую веревку, смотай и размотай ее. Она будет помнить свое смотанное состояние. Воздух помнит полет птицы, вода помнит путь рыбы. Некоторые животные обладают возможностью читать эти пути. Так они охотятся в полной темноте или догоняют давно улетевшую или уплывшую добычу. Как волк по следу. Только в воздухе и воде нет следов. Так и наши органы могут помнить – что с ними происходило в других проектах. Вычистить эту память можно, но сложно – слишком много возни. Представляешь, сколько там атомов, молекул и клеток?
– Да уж…
– Часто бывает так, что у человека что-то всю жизнь болит и болит. Врачи ищут – причины нет. А оно болит. Это и есть память материи. Она помнит боль из другого проекта.
– А зачем она? Неужели нельзя что-то придумать, как-то разом вычистить информацию и из сознания, и из материи?