Резким отточенным движением он сломал клинок, будто у него в руках была не проверенная боями сталь гномов Орчьей горы, а хрупкая полусгнившая веточка. Вложив узорчатую рукоять в мои холодные непослушные пальцы, он прошептал:
– Оружие тебе больше не понадобится. Придет час, и ты станешь неуязвимой, к сожалению. Прощай, Дриана… и прости, если сможешь. Мы встретимся с тобой на дорогах Вечности.
С этими словами он приставил страшный зазубренный обломок напротив сердца и молниеносно приник к моим губам. Мне удалось уловить его последний выдох и… все кончилось. Тело растворялось в весенней слякоти, а среди сгорбленных силуэтом древних елей мне почудился отблеск светлых одеяний.
Я бросилась бежать. Бежать от гибельного места, от неотвратимости перемен… от новой себя. Лес равнодушно взирал на потуги жалкой мухи выбраться из сетей Предначертания, лишь филин испуганно заухал над головой. Рухнув на колени около старого пня, я попыталась взмолиться, но прервала себя с мыслью, что скоро мне будут приносить жертвы. Приложив голову на мягкий пружинящий мох, мне захотелось визита смерти, прекрасно понимая, что умирать мне нельзя ни в коем случае. Сердце скручивала и разрывала судорога беды.
– Кто это? – около моего лица заплясали тонкие ноги двух лошадей. Затем в поле моего зрения попали искусно выделанные кожаные сапоги спрыгнувшего на землю мужчины. Руки незнакомца приподняли меня и бережно поставили на ноги. Я сотрясалась в беззвучных, бесслезных рыданиях и сама не понимала, не являются ли судороги конвульсиями смеха.
– О, да тут серьезное дело, – пальцы приподняли мой подбородок к неяркому костру разгорающегося дня. Я встретилась взглядом с внимательными и добрыми глазами эльфа.
– Кто это, Ардалион, – его спутник начинал терять терпение, зябко кутаясь в теплый плащ, – Вытащил меня из постели в такую рань, а все, видите ли, у него предчувствие.
– Это Дриана, повелитель, – почтительно наклонил голову человек, чье имя внушало мне смутные подозрения. Он был врагом… или нет…
– Дриана? – король легко спрыгнул со своего скакуна, – Но почему здесь? И одна… Пусть она скажет хоть что-нибудь!
– Сожалею, но сейчас она не в состоянии исполнять ваши приказания, – Ардалион особо выделил слово "сейчас", – Думаю, бедняжка в шоке. Доставим ее в замок, а там…
– Естественно, – собеседник бесцеремонно развернул к себе мое безвольное тело, – У нас появился козырный туз. Отныне с мятежниками можно говорить на равных.
Я, не сопротивляясь, позволила усадить себя в седло. Во мне царило опустошение и полное безразличие к происходящему. Сделать мне хуже, чем мне было в заточении у Хозяина, просто невозможно, поэтому я ничего не чувствовала к этим людям, чьи имена вызывали у меня странные тени воспоминаний.
ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ
Орланд мчался к своему замку, прижимая к себе драгоценную ношу, словно опасаясь, что она способна на побег. Девушка сидела в седле спокойно, лишь изредка поеживаясь от наиболее сильного дуновения северного ветра. Она не жаловалась, не проронив ни слова с самого момента встречи. Эльф пытался было разговорить ее, но вскоре понял, что беседует сам с собой. Иногда ему даже казалось, что он везет не живого человека, а мраморную статую, до ужаса похожую на прелестную девушку. Поэтому он вздохнул с облегчением, когда наконец-то въехал в ворота старинного замка. Заспанные слуги торопливо высыпались на улицу, приветствуя повелителя Миа. Рядом застыл в почтительном поклоне Ардалион. Орланд поморщился и спешился. Стоило ему только протянуть руки к Дриане, намереваясь помочь ей слезть с лошади, как атлантка очнулась. Буквально птицей она вылетела из седла и ловко приземлилась на ноги возле опешившего привратника. Затем вновь застыла, устремив взор куда-то за горизонт.
– Проводите ее в лучшие покои и предоставьте все, что она потребует, – отдал приказание Орланд.
– Что именно, сир? – вежливо уточнил слуга, с опаской поглядывая на недвижимую фигуру в черном.
– Откуда я знаю! – вспылил с раздражением король, – Горячую воду, чистую одежду.
Девушка удалилась, с гордостью тряхнув рассыпавшейся в беспорядке по хрупким плечам копной кудрей.
– Странная гостья появилась в моем замке, – Орланд заинтересованно посмотрел на Ардалиона, – Она мало походит на чертовку из твоих рассказов со взрывоопасным характером.
– Я сам едва узнал ее, – попытался оправдаться следопыт, – Но это без сомнения она, правда, без огня в движениях, веселых искорок в глазах, да и ни одного остренького словечка еще не сорвалось с ее язычка.
– По-моему, она вообще разучилась говорить, – король выжидательно смотрел на темный зев парадного входа. Золоченые шишки на окончаниях толстых прутьев решетки разгорались под холодным заревом апрельского утра. Синее, застывшее небо постепенно отогревалось, сочась легкой дымкой по краю леса, – Идем в мой кабинет, Ардалион, нам стоит многое обсудить в нашей дальнейшей политике.
Следопыт едва поспевал за быстрым шагом своего повелителя. Орланд шествовал по знакомым коридорам и комнатам со скоростью солнечного луча. Замок был пустынен, только эхо шагов двух ранних жаворонков тревожил его покой. Наконец они достигли кабинета, отведенного королем под свой личный угол. Насколько эльф любил роскошь в повседневном быту, настолько же он не приемлел ее на рабочем месте. Ничто не должно было отвлекать его от размышлений о судьбах родины в этой комнате. Скудная обстановка: большой дубовый стол с двумя подвинутыми к нему непритязательными креслами. Одна лишь королевская эмблема: два скрещенных клинка в переплетении кроваво-красных роз, вышитая на голубом бархате обивки стульев, указывала на факт присутствия здесь особы правящего рода. На сей раз все поверхность стола была сплошь завалена картами с нанесенными на них непонятными для непросвещенного глаза кружочками черного и белого цвета. Орланд нетерпеливо смахнул все документы в сторону, удобно уселся в низкое кресло с пузатенькими растопыренными ножками и коротким взмахом руки предложил следопыту последовать его примеру.
– Итак, что скажешь? – тоном, более напоминающим беспрекословное приказание, чем вопрос, спросил король.
– Извините, мой повелитель, – осторожно парировал Ардалион, – Но решения по поводу атлантки лежат полностью в вашей компетенции.
– Действительно, – скривился Орланд, – Ты, как всегда, прав. Смешно. Я так мечтал встретиться с ней лицом к лицу, а теперь не знаю, что и предпринять. Со времени сражения под Агейро прошло чуть менее восьми месяцев. Восемь месяцев гражданской войны. Я никогда не думал, что мое королевство – колосс на глиняных ногах, и трех жителей Атлантиды вполне хватит, чтобы раскачать это хилое сооружение. Почти год непрерывных боев, – король закрыл лицо руками. Голос его звучал глухо и сдавленно. От его сгорбленной фигуры веяло трагизмом и отчаянием всего потерявшего человека. Ардалион молчал. Ему давно стали привычны монологи страдания. В его памяти прокручивалась вереница печальных событий, в результате которых Миа встало на край пропасти. Битва при Агейро. Она кровавыми буквами вписана в летописи эльфов. Ужасающие по численности потери с той и другой стороны. Недельное противостояние на реке Суйга. Туман, опутавший позиции противников, наколдованный Нереной, как это ни странно звучит, сыграл против сторонников короля. Мятежники растаяли в сиропообразном дыме, и стражники, сами того не замечая, рубились друг против друга.