Оглядев масштабы бедствия в своем теперь уже доме, понимаю, что работа нам предстоит долгая и кропотливая. Тут множество комнат на втором этаже и главный зал на первом. Кажется, Джон уловил мое настроение и не испытал от этого удовольствия.
— Начнем с нашей спальни, – его ладонь сомкнулась на моей руке. – Принимать гостей мы в ближайшее время не планируем, а вот спать где-то нужно. Если время на сон останется.
Он тащит меня по лестнице на второй этаж, а я заливаюсь смехом, мне передается его настроение. Кто бы сомневался? Сама готова наброситься на Джона, разрывая одежду в клочья. Если он так проголодался за пару дней разлуки, что говорить обо мне? Я скучала по нему почти месяц.
Джон открывает одну дверь за другой и бегло осматривает комнаты. Качает головой и переходит к следующей спальне. Наконец, его эстетические предпочтения нашли нужные апартаменты, и он довольно заключил:
— Вот. То, что нужно. Тут я готов жить и любить свою Королеву.
Он подлетает ко мне и сжимает в своих объятиях. Жар губ опаляет кожу. Он везде, теряю рассудок от его пламени, от его ласк, от его необузданной страсти.
— Подожди, – с большим трудом удается оторваться от его губ. – Тут же грязно. Не думаешь, что стоит навести порядок?
— Я сейчас не могу думать, дерзкая! – сказал он хриплым голосом, но всё же окинул комнату придирчивым взглядом. – Ладно. Будет тебе уборка.
Джон начинает срывать с мебели пледы, покрытые толстым слоем пыли, и выбрасывать их в открытое окно. Мне так смешно за ним наблюдать, что не могу сдержать улыбки. На пару мы быстро справились с поставленной задачей. Он разжег в камине жаркое пламя. Стало намного уютнее. Работы еще завались, но прогресс налицо.
— Всё. Больше не могу ждать. Готов тебя съесть. Иди ко мне, Мэл!
Уговаривать не пришлось, с разбега запрыгиваю на Джона, обхватив ногами его бёдра. Вот теперь нас уже ничто не остановит. Магия сочится через поры и овевает нас густым туманом. Мы пожираем друг друга, изголодавшиеся по ласкам, добравшиеся до желанного удовольствия. Боги, как я скучала! Не могу сдержать дрожи во всём теле, меня знобит как в лихорадке.
— Сожги, Джон! Сожги ее на хрен!
— Что сжечь, сладкая?
— Одежду! Сожги…
Маленькие язычки пламени скользят по коже, но не опаляют. Ласкают и дразнят. Я не могу сдержать стон удовольствия, на Джона он действует особенным образом. Издав непонятный звук, мужчина валит меня на кровать, придавливает своим мощным телом, набрасывается как хищник на добычу. Лижет, кусает, целует. Ох!
Особое внимание Джон уделил моей груди. Его язык сводит меня с ума, чуть не кричу от переполняющих меня эмоций, готова кончить только от этих ощущений.
— Сладкая моя. Ты такая сладкая, Мэл!
Не сдержала своей страсти, не смогла дождаться главного блюда. Меня сотрясают спазмы от преждевременного оргазма, а Джон лишь смеется и не думает останавливаться.
— Проголодалась, дерзкая? Ты ж, моя малышка.
— Прости, Огонек! – шепчу, теряя связь с реальностью. – Дай мне пару минут и…
– Не-а. Так долго я ждать не намерен. Раздвинь ножки, милая. Хочу тебя!
Повинуюсь. Дриада преклоняется перед мужчиной, исполняет его прихоть, готова выполнить любой приказ. Да где это видано? Позор на мою рыжую голову! Аааа! Плевать! Хочу принадлежать этому хищнику, хочу служить как раба господину, хочу быть его и только его.
Джон скользит во мне и опаляет. Я так давно ждала, так мечтала об этих ощущениях, которые стали стираться из памяти. Теперь я снова горю в его объятиях, я снова отдаюсь его страсти и желанию. Я преклоняюсь перед его силой и волей.
— Остуди меня, милая, если будет горячо.
Он двигается всё быстрее, яростно вколачивается в мое тело, заполняет полностью, я снова на грани. Остудить? О чём ты говоришь, Джон? Это пламя – самое желанное, самое прекрасное, что может быть. Мне было так холодно без тебя, так одиноко. Хотела бы я сказать это, но не могу, нет сил.