Теннисон?.. Мелани повернула голову и поймала свое отражение в зеркале. Завитые, уложенные каскадом волосы выглядели глупо, автозагар лежал неестественно, лицо бледное и одутловатое, мешковатая грязная одежда… И в таком виде встретить известие от мужа, что их брак подошел к концу! «Разъехаться на время» – это почти гарантированно развод. Пересчитать случаи, когда их друзья начинали жить отдельно и потом сходились снова, можно было по пальцам одной руки. Точнее, хватило бы и кулака.
– Так что тебе сказала Теннисон?
Кит остановился и посмотрел на жену.
– Да ничего особенного, в общем-то. Хотя как посмотреть… По сути, она помогла разобраться, что мне на самом деле нужно от жизни.
– И что же?
– Чувство удовлетворения.
Мелани задумалась, прикусив губу.
– То есть Теннисон сказала тебе, что в жизни нужно искать удовлетворения? И ты хочешь найти его на вершине горы? Наверное, бок о бок с Шарлоттой? До или после того, как ты с ней переспишь?
– Опять ты за свое! – Кит махнул рукой, хлопнув себя по бедру. – Ты на ней просто помешалась! Нет у нас романа! Да, я ею восхищаюсь – тем, что она ни от кого не зависит и берет от жизни все, что хочет. И не боится идти к намеченной цели.
– А я, значит, боюсь?
Кит закатил глаза. Закатил. Глаза. Он.
– Слушай, ну это детский сад какой-то!.. То, что я хорошо высказываюсь о ком-то, еще не значит, что я плохо думаю о другом. Разумеется, тобой я тоже восхищаюсь. Ты потрясающая мать.
О да, все так говорят. Последние двадцать с лишним лет Мелани только и заботилась о том, чтобы доказать всем, какая она отличная мать. Она занималась с детьми всем, чем можно, не забывала о мытье рук, готовила только органическую, здоровую пищу и явно заслужила свое место в Зале Материнской Славы. И вот теперь сестра умерла, собственная родительница – законченная стерва, а муж уходит, потому что не чувствует удовлетворения жизнью, видите ли. Зато Мелани – потрясающая мать!
– Что ж, спасибо, Кит. Я очень ценю это. Теперь ты можешь идти.
Тот нахмурился.
– Я вижу, что ты расстроена…
Мелани скосила глаза в угол ванной, будто в задумчивости, затем перевела взгляд обратно на мужа и пожала плечами.
– М-м, да нет. Нисколько. Наоборот, по-моему, отличная идея. Иди, я не стану тебя удерживать. Желаю удачи. Переедешь в квартиру в жилом комплексе с общим бассейном и прочим. В некоторых домах даже тренажерные залы есть! В общем, наслаждайся жизнью!
– Я ничего такого не имел в виду…
– Нет, нет, не стесняйся – развлекись как следует во время нашей «временной» разлуки. Лови момент, живи одним днем! Я слышала, холостяцкая жизнь в Шривпорте довольно скучна, но такой как ты – под пятьдесят, с шикарной однокомнатной квартирой – наверняка будет нарасхват. Надеюсь, ты получишь свое удовлетворение, дружок. По самые уши.
– Мел, ну прекрати. Считай это просто еще одной формой семейной терапии. Нам нужно просто дать друг другу немножко свободы, отдохнуть друг от друга, понимаешь? На время, не навсегда.
Шагнув к жене, Кит положил ей на плечи ладони, но она стряхнула их.
– Убери от меня свои руки!
Тот повиновался, слегка задетый. Мелани несколько раз вдохнула и выдохнула.
– Я не дура. Я знаю, зачем тебе «временное» расставание. Так ты получаешь карт-бланш на свое «удовлетворение», а если я соглашусь считать это формой терапии, то твой адвокат по разводу заявит потом, что все произошло по обоюдному согласию. Как будто мы оба так решили, верно? Но вот какая штука, Кит, – ты со мной не разведешься. Потому что у меня железобетонный брачный контракт, и деньги принадлежат мне.
– Ой, да ладно. – Выражение обиды ушло, уступив место раздражению. – Брачный контракт? Ты обещала, что об этом можно не волноваться, помнишь? Я подписал его только потому, что так хотел твой отец.
Пришло время Мелани улыбнуться.
– Ну, ты тогда тоже дал кое-какие обещания, от которых теперь отказываешься. Вот и я могла со временем изменить мнение. Брачный контракт в силе. Слава богу, что папа на нем настоял.
Лицо мужа окаменело. Мелани скрестила руки на груди.
– Ты не дурак, Кит, ты не расстанешься с половиной компании и почти всем, что мы построили, только ради того, чтобы мотаться по горам с мисс Стройность и Независимость. Кстати, ты говорил ей, что без меня у тебя останется всего двадцать процентов капитала?
– Мел, прекрати.
– Бьюсь об заклад, что нет. Наверняка она спит и видит, как чудесно заживет, когда вы поженитесь. Правды она не знает, так ведь? Что почти все денежки на самом деле принадлежат моей семье?