– А… Ну да. Понятно.
Мелани стало неловко из-за слишком поспешно сделанных выводов. Она была на них горазда – во всяком случае, на это постоянно намекал Кит.
Тот как раз вышел из кухни, бросив кожуру от банана на столешницу, которую Мелани вытерла перед тем, как выйти наружу. Телефон и портфель тоже так и остались лежать. Она постаралась подавить раздражение – муж в последние недели был особенно добр и терпелив с ней. Видимо, ощущал вину за то, что остался во Флориде и приехал с Шарлоттой на машине только сутки спустя после смерти Хиллари. Мелани не стала скрывать недовольства его отсутствием, когда он был ей нужен. Презентация – это, конечно, важно, но разве не важнее поддержать жену, которая только что потеряла сестру?
Едва покинув дом Теннисон, Мелани погрузилась в печальные заботы – следовало подписать свидетельство о смерти, сделать необходимые приготовления, выбрать любимое платье Хиллари, пусть мать и предпочла скромную церемонию прощания только для близких и похороны в закрытом гробу для всех остальных. Мелани варила кофе в безумных количествах, определяла, какие цветы будут в венках, договаривалась с пастором и так далее. Все это время она пыталась справиться со всепоглощающим горем, гложущим душу. Наконец-то прибывший Кит гладил жену по спине, подставлял плечо, чтобы могла выплакаться, и старался хоть немного помогать по дому. И все же неряшливость мужа раздражала.
Следующие полчаса они с Эммой занимались списком, который прислал Марк. В основном требовалось действительно только подтвердить выбор – от торта и половника для пунша до гостей, которым нужно было веганское или безглютеновое меню. Обе похихикали над дядей Джоном, который в ответе на приглашение указал пункт собственного изобретения: «побольше мясного и мучного».
Отправив окончательный список Марку по электронной почте, Эмма ушла готовиться к празднеству. Вместо традиционного девичника подруги решили устроить для нее коктейльную вечеринку, на которой невесте будут дарить нижнее белье. Потом планировалось отправиться на лимузинах в местный гриль-бар на игру в бинго с ведущими-трансвеститами. Теннисон со своими блестками, яркими нарядами и фальшивой грудью наверняка будет чувствовать себя там как рыба в воде.
Мелани пошла в спальню, собираясь залезть в душ и вымыть голову. Уложенные каскадом мелированные волосы делали ее моложе на несколько лет, и хотя возиться с ними приходилось теперь минут на десять дольше, конечный результат того стоил. Не говоря уж о том, что – нет худа без добра – из-за переживаний последних недель Мелани сбросила еще десять фунтов. Она нашла отличное, в самый раз для матери невесты, бледно-голубое с небольшой искоркой платье с открытой спиной, слегка расширяющееся книзу от колен. И к тому же на пару размеров меньше своего обычного. Мелани гордилась тем, как в нем выглядела, и не могла дождаться, чтобы Кит увидел его на ней в субботу. Сеансы у семейного психолога продвигались отлично. Смерть сестры в какой-то степени позволила раскрыть перед мужем то, о чем обычно умалчивалось. Боль утраты все еще не отпускала, зато, по крайней мере, их брак встал на нужные рельсы.
Кит сидел на кровати все в той же одежде и разглядывал семейное фото с отдыха на Карибах. От выражения лица мужа Мелани стало не по себе.
– Что, подумываешь съездить туда снова? Может, на нашу годовщину? – предложила она, остановившись.
– Мне нужно с тобой поговорить, – произнес он.
Тон был такой серьезный и невеселый, что у Мелани все внутри упало.
– Что случилось?
Муж глубоко вдохнул.
– Слушай, я знаю, что ты последнее время в стрессовой ситуации. Свадьба Эммы и смерть Хиллари слишком тяжело тебе дались…
Она подошла и, сев рядом, взяла его руку в свою. Потом посмотрела на него, слегка улыбнувшись.
– Да, было очень непросто, но мы справимся. Скоро все постепенно придет в норму. Ну, я надеюсь.
Кит слегка сжал кисть жены и, отпустив, поставил рамку на прикроватный столик.
– В общем, я, возможно, не был с тобой полностью честен у психолога. На тебя и так все навалилось, особенно со смертью Хиллари, так что я не хотел обрушивать еще больше. Тебе требовалось время, и сейчас ты, кажется, почти пришла в себя. Однако сам я последние недели с трудом справляюсь. На работе все тяжелее и тяжелее. Ты знаешь, какая морока добиваться всяких разрешений и договариваться с владельцами земли. Я сыт этим по горло.
– Не нужно скрывать свои чувства только потому, что я горюю по сестре. Если работа тебя выматывает, надо было так и сказать.
Кит пожал плечами.