— Согласен. Жду вашего звонка.
Я положил трубку. В мастерской стало тихо — только тикали настенные часы да низко гудела лампа над верстаком.
Что это могло быть?
Первый вариант — ошибка поставщика. Случайность, халатность, человеческий фактор. Кто-то на складе перепутал коробки, смешал натуральные камни с партией синтетики. Возможно, но маловероятно. «Дары Урала» — респектабельная фирма с безупречной репутацией. Они дорожат именем и не стали бы рисковать ради десяти камней.
Второй — подмена при транспортировке. Курьер или кто-то на промежуточном складе. Теоретически возможно, но ведь пломбы были целы. Вскрыть контейнер, заменить камни и запечатать обратно так, чтобы сургуч выглядел нетронутым, — задача нетривиальная. Хотя, могли сделать точную копию посылки и просто быстро подменить её…
А третий вариант был самым неприятным.
Кто-то знал, что мы заказали александриты. Знал — в каком количестве, у какого поставщика, когда будет доставка. Этот кто-то подменил часть камней на синтетику высочайшего качества — такую, которую невозможно выявить обычной визуальной проверкой. Расчёт был простым и убийственным: Фаберже используют подделки в императорском подарке, не заметив подмены. А потом, на финальной экспертизе, когда комиссия проверит каждый камень под спектроскопом, — скандал.
Но неужели этот кто-то думал, что после скандала с императорскими артефактами мы будем проверять самоцветы абы как? Нет, больше похоже на то, что нам вставляют палки в колёса, затягивают нашу работу и просто мелко пакостят.
Я вспомнил Бертельса в «Афродите». Его самоуверенную улыбку. Футляр, прижатый к груди, перехваченную жемчужину. Вспомнил историю с Яшей — подкупленным помощником, который сливал информацию о наших заказах…
Доказательств не было. Только подозрения, интуиция и цепочка совпадений, которая была слишком длинной для случайности.
Я набрал номер Штиля.
— Слушаю, — раздалось после первого гудка. Штиль всегда брал с первого.
— Свяжись с «Астреем». Нужна полная проверка логистической цепочки доставки из «Даров Урала». Курьер, маршрут, остановки — всё. Срочно.
— Понял.
Штиль не спросил «зачем» и не уточнил деталей. Просто повесил трубку. Идеальный человек.
Из соседнего помещения показался Егоров.
— Изумруды чистые, — доложил он. — Все пятьдесят — подлинные. Малышевское месторождение, без вопросов.
Значит, били прицельно. Именно по александритам — самым дорогим и сложным камням в заказе. Тем, которые труднее всего проверить визуально. Тот, кто это устроил, хорошо разбирался в ювелирном деле.
Внизу хлопнула дверь, послышались шаги. В мастерскую вошёл отец — в рабочем фартуке, с чертежами дракона в руках. Увидел моё лицо и остановился.
— Что случилось, Саша?
Я показал ему два лотка и объяснил ситуацию. Спектроскопия, ультрафиолет, результаты.
Отец слушал молча. Взял одну фальшивку, поднёс к лампе, повертел…
— Подонки, — процедил он. Голос был тихий, ровный, но я видел, как побелели костяшки его пальцев. Холодная ярость мастера, которому подсунули стекляшку вместо бриллианта. — Нужно заявить в полицию. Немедленно.
— Подожди. — Я покачал головой. — Полиция начнёт расследование, которое продлится месяцами. Нам это не поможет, лишь отнимет время.
Отец стиснул зубы, но кивнул. Он был импульсивен, но не глуп — понимал логику.
— Тогда что ты предлагаешь?
— «Астрей» проверит цепочку доставки, — сказал я. — Все будущие поставки камней и металлов только с нашим личным сопровождением. Буду ездить сам за всеми самоцветами и проверять каждый на месте.
Отец помедлил, потом кивнул. Подошёл к сейфу в стене, набрал код, открыл тяжёлую дверцу.
— Всю партию — в сейф. Пусть уральцы сами с этим разбираются. А ты привези мне новые камни, Саша.
Я молча переложил камни.
— Кто-то объявил нам тихую войну, — сказал я, закрывая сейф. — Что ж. Ответим.
Отец посмотрел на яйцо-заготовку, стоявшую на верстаке, и перевёл взгляд на чертежи дракона в своей руке.
— Лучший ответ — победить на конкурсе, — тихо сказал он.
В этом он был абсолютно прав.
Два дня спустя Штиль принёс отчёт.
Точнее, молча вошёл в мастерскую, положил на верстак тонкую папку серого цвета и встал у двери, сложив руки за спиной. Штиль всегда вставал у дверей. Не потому что скромничал — просто контролировал вход.