— Верное сравнение, — заметил Хранитель, — Что мы знаем о сеиссшесс, что они появляются ниоткуда и уходят в никуда. Если Миру не повезло находиться у них на пути, то сеиссшесс могут его уничтожить. Уничтожить без злобы, просто как досадную помеху. А создают миры... У меня сложилось такое впечатление, что кому-то из них просто захотелось передохнуть, вот он и сделал себе удобную лавочку. Или вырастил дерево, чтоб посидеть...
— Интересное объяснение, — улыбнулась Тейлиара, — Чтоб посидеть, отдохнуть, сперва выращивают дерево, потом его рубят, и на свеженьком пенёчке отдыхают.
— Я же, говорю, нам их всё равно не понять, — склонил голову Хранитель.
— А эти, дети, — Тейлиара кивнула на камин, — Эти сейчас милые дети, не станут ли они, когда вырастут, такими же бездушными чудовищами?
— Не думаю, — отрицательно покачал головой Хранитель, — Он ведут себя как вполне нормальные разумные существа, правда, с огромными возможностями, предела которым не знают сами.
— Алекс, — обратилась Анариэнна к Хранителю Леса, — А как ты их нашёл, и почему тебя они называют — дедом?
— Упали на голову, — хмыкнул Хранитель и, видя удивлённые взгляды Богинь, подтвердил, — Да, прямо на голову, причём так, что я думал — тут моя жизнь и закончилась.
Полный адмирал Даниэль Романов, сидел за столом и смотрел на экран с последними информационными сводками, но мысли его были заняты другим. Контр-адмирал Романов получил полного адмирала за успешную операцию в системе Терилас. Сначала всё складывалось для него и подчинённой ему эскадры крайне неудачно. Романов был флотоводцем от Бога, он успел уже выиграть несколько сражений в этой недавно начавшейся войне. Но тут ему просто не повезло, союзовцы стянули к системе Терилас силы, превосходящие на порядок те, что были в его распоряжении. Новейшие линкоры просто выбили передовое охранение имперцев с расстояния недосягаемого для пушек кораблей, находящихся под командованием адмирала Романова. Чтоб предотвратить планетарную бомбардировку и сохранить мирное население, адмирал принял решение капитулировать. Тяжёлое решение для молодого, полного амбиций адмирала. Но высадившееся на планету войска Союза, начали тотальное уничтожение мирного населения, та же участь ждала и адмирала, и личный состав его эскадры, и подчинённые ему пехотные части, их всех своим решением он обрёк на такую печальную участь. Хотя, если бы он не капитулировал, это всё равно случилось бы, но немного позже. Оставалось одно — достойно принять свою смерть. Но тут случилось чудо. Небольшое пехотное подразделение, которым командовала, чудом уцелевшая, капитан сбитого эсминца «Грозный», захватило новейший линкор союзовцев, освободила из плена самого адмирала и остатки личного состава его эскадры. При этом этот странный экипаж уничтожил второй линкор и треть эскадры захватчиков.
Адмирал прикрыл глаза, перед его внутренним взором снова возник мостик линкора, где в капитанском кресле сидела израненная капитан-лейтенант Инэллина Дорсет, три маленькие обнажённые фигурки, мечущиеся вдоль огромного пульта управления линкором. Фигурки детей? Карликов? Он так и не узнал, кто это были. На мостик солдаты отряда капитан-лейтенанта Дорсет пустили только его. А потом был безумный слалом в астероидном поясе, падение на светило системы, с последующим разворотом в пылающей короне звезды, что стало полной неожиданностью для преследующих их кораблей эскадры союзовцев во главе со вторым линкором. Перегрузки достигали двенадцати же, адмирал несколько раз терял сознание, и это притом, что он сидел в противоперегрузочном кресле. А смуглые фигурки метались и метались вдоль консолей управления. Они вели корабль, управляли огнём батарей, выполняли все действия, которые были рассчитаны на дежурную смену в двадцать два человека. Когда линкор вырвался из системы, они передали управление его офицерам и унесли уже не подававшую признаков жизни Инэллину Дорсет в лазарет. Больше он их не видел. Он хотел узнать кто это у капитан-лейтенанта Дорсет, но её положили в регенерационную камеру, настолько она была плоха. Потом была встреча со второй эскадрой спешившей на выручку первой, и тоже не имевшей никаких шансов, если бы у союзовцев остались их чудовищные линкоры. Но один уже был уничтожен, а второй оказался у имперцев. И роли поменялись, лишившиеся своего командования, погибшего вместе со вторым линкором, союзовцы сдались.