— Слышь, Мех... — Повторил Хранитель, но не успел закончить. Броневая плита сорвалась с креплений и упала лейтенанту на ногу.
— Аааа! Твою мать... — Заорал второй лейтенант, плита ему сломала ногу, Хранитель тут же наложил обезболивающее заклинание и начал лечение. Отсутствие боли и вид быстро заживающей ноги, только раззадорили лейтенанта, он же был флотским лейтенантом, а флотские всегда выражали свои эмоции очень красочно. И всё время, пока шло лечение, а лечил Хранитель почти сорок минут, Мех красочно рассказывал о сексуальных пристрастиях и способах размножения боевых роботов, их броневых плит, космических кораблей, звёздных систем ну и всех остальных, по мелочи. Хранитель пару раз пытался остановить Меха, но того это только подвигало на более красочные подробности. Наконец Хранитель закончил лечение, и Мех, глядя на порванную окровавленную штанину, тоже закончил:
— Твоё коромысло в дупло коленвалом...
Хранитель молча указал глазами и Мех, глянув в ту сторону, увидел Найтин и Дени стоящих с разинутыми ртами и большим круглыми глазами. Они внимали Меху с усердием прилежных студентов-отличников, слушающих лекцию любимого профессора, кажется, даже не дышали. И как только Мех замолчал, тут же посыпались дополнительные вопросы по прослушанной теме:
— А как это, букашки таракашки боевого робота, все вместе или по очереди...
— А хренотень всякая, почему вылазит через...
— А где у коромысла дупло и почему туда коленвалом...
Хранитель укоризненно покачал головой и сказал, очень опрометчиво сказал:
— Вот, сами же взрослые виноваты в том, что у детей появляется нездоровый интерес, — Хранитель пошевелил пальцами показывая, толи нездоровость самого вопроса, толи размер интереса, — К таким щекотливым вопросам, как откуда берутся дети.
Острые уши детей синхронно повернулись в сторону Хранителя и два детских голоса хором спросили:
— Дед, а откуда берутся дети?
— Гм, — поперхнулся Хранитель и быстро перевёл стрелки на Меха, — Вот у него спросите, он боо-ольшой знаток этого вопроса, как в живой, так и в неживой природе, и может долго говорить на эту тему.
Второй лейтенант густо покраснел, одно дело в сердцах высказаться, другое дело объяснять столь щекотливые вопросы любознательным малышам.
— А ты им теперь расскажи про тычинки, пестики, — посоветовал Хранитель и ехидно добавил, — А можешь личным примером показать.
Мех беспомощно оглянулся, как бы ища поддержки у окружающего их леса. Мальчик по-своему его понял и сделал жест рукой, открылось окно, показывающее картинку как на мониторе. Там видно было болото, где два бегемота, вернее бегемот и бегемотиха подымая волны грязи, активно пытались продолжить свой род.
— Ну, — требовательно сказал мальчик, — Показывай!
— Что? — Спросил Мех с ужасом глядя на любовные игры разошедшихся бегемотов.
— Где у них тычинки, пестики?
— Эээ, это не совсем удачный пример, — Хранитель движением руки убрал изображение и обращаясь к Меху, опять ехидно сказал:
— Ты уж лучше на примере жучков, бабочек...
— Ну, когда жучки с бабочками... — Заикаясь, начал ещё больше покрасневший Мех. Но его снова перебил не выдержавший Хранитель:
— Мех, ну где ты видел, чтоб жучки с бабочками, это же противоречит природе, ты ещё тараканов сюда приплети, этих противоестественных городских тварей. Всё у вас людей, особенно городских как-то извращённо...
— А извращённо это как? — Тут же спросила девочка.
— Это когда противоречит природе, — гордо ответил мальчик, всем своим видом показывая, что он понял этот вопрос, — Когда жуки с бабочкам, тогда и появляются тараканы, совсем противоестественные городские твари.
Тут уже и Хранитель Леса покраснел. Они растерянно переглянулись с Мехом, а девочка требовательно сказала:
— Ты лучше личным примером покажи, Дед сказал, что ты знаток и что можешь...
Мех покраснел ещё больше, хотя дальше вроде уже было не куда. Его спас встрепенувшийся Хранитель:
— Лилия раскрывается, быстро к озеру!
И они шагнули с Поляны прямо вглубь Леса, к небольшому лесному озеру. Мех ошарашено покрутил головой, за одну руку его держал Хранитель, за другую девочка. Мех никак не мог привыкнуть к манере своих друзей перемещаться по Лесу.
Казалось, маленькое озеро кипело. Вся его поверхность была покрыта пеной, и вот среди пены показался большой цветок, поднявшийся со дна озера. Лилия, а этим цветком была лилия, раскрылась и из него поднялась черноволосая женщина. Поднялась подобно Афродите из пены. Мех задохнулся от восторга, ему надо бы было отвести глаза, женщина была совершенно обнажена, но он был не в силах это сделать. Женщина сделала шаг и оказалась на берегу, подошедшая Ихха подала ей большое махровое полотенце, скорее даже не полотенце, а простыню, Женщина грациозным движение завернулась в эту простыню. И тот час же к ней прижались счастливые дети.