Старшая девочка, державшая в руках большой кристалл, переливающийся сине-зелёным цветом, подошла к Хранителю и протянула ему свою ношу. Но Хранитель Леса, так как раньше и Богини, кристалл не взял он поводил над ним руками. Несколько секунд подумав, он сказал, обращаясь к детям:
— Даже не знаю, что вам посоветовать, вы взяли на себя очень большую ответственность. Если просто выпустить эти сущности, то много бед может случиться. Равновесие — вещь очень шаткая и достаточно малого толчка, чтоб его нарушить. А это, — Хранитель указал на кристалл, а потом взглянул на Анариэнну, та утвердительно кивнула,— Это, может послужить той песчинкой, что заставит качнуться весы в ту или иную сторону.
— Но что же делать, Дед? — Спросила старшая девочка, — Их же нельзя так оставлять! Им же очень плохо!
— Вот и постарайтесь сделать так, чтоб стало хорошо, всем. Но не надо делать добро кому-то за счёт других.
— Если бы получалось делать добро, так что бы всем было хорошо, ведь всегда кому-нибудь будет плохо, — грустно заметил Марат.
— Вот, потому-то я не делаю добрых дел, — Хранитель посмотрел на Марата, — вообще не делаю никаких, ни добрых, ни злых.
— Да, не делать добрых дел, что б не получилось злых, и не делать злых, что б они не обернулись добрыми, прямо таки эталон абсолютного равновесия, — не удержался от замечания Тёмный Повелитеь, — А как же тогда... — И он указал глазами на пепельноволосых детей, Альму и Наки.
— Я же говорю, не всегда, получается, — пожал плечами Хранитель.
— Нельзя жить в Мире и быть вне его, Мир изменяет нас, но и мы изменяем его, — произнёс ректор Академии Магических Искусств.
— Да, граф, вы совершенно правы, — улыбнулась Богиня и, обратившись к детям, торжественно произнесла:
— Вы взяли на себя эту задачу, и вам её решать! Никто не сделает это за вас, и никто не сможет вам помочь, даже советом. И всё что вы сделаете, это будет ваша ноша, ваша карма!
— Тейли, зачем же так сурово, они же ещё дети,— тихо сказала вторая Богиня своей подруге.
— Дети, но дети способные создавать миры и уничтожать их вместе с зазевавшимися богами. Кому много дано, с того много и спрашивается. И если судьба поставила перед ними эту задачу, то значит, время для этого пришло. Ведь, согласись, не мы, ни Алекс, ничем им помочь не можем. — Также тихо ответила Тейли.
— Да, дети растут, и на их плечи ложатся проблемы, которые до этого никому решать не приходилось, — заметил Хранитель, прекрасно расслышавший, что говорили друг другу Богини.
— Да, Алекс, тебе тоже не удалось спрятаться в своем Лесу. Лес неотделим от тех Миров где расположен, и их проблемы рано или поздно его коснуться а, следовательно, и тебя, Алекс.
-Уже, — кивнул Хранитель, — Уже коснулись, и знаете, я об этом не жалею.
Богини и хранитель повернулись к тихо совещавшимся детям. Инэллина прижав руки к груди, с тревогой наблюдала за малышами, не смея вмешаться. Остальные присутствующие тоже затихли, ожидая того, что решат дети, только гномы продолжали невозмутимо пить пиво. Наконец дети подняли головы и вопросительно посмотрели на богинь. Тейлиара ободряюще улыбнулась:
— Давайте, делайте, что решили. Мы верим в вас!
И дети исчезли. Инэллина просяще посмотрела на Хранителя Леса, остальные взглядами поддержали её. Хранитель тоже взглядом как бы спросил разрешения у Богинь и, получив его, создал ещё одно зеркало-экран. В зеркале отразилась лесная опушка, Альма узнала это место. Это была граница баронства, вернее теперь уже графства Приан, и Леса. Дети некоторое время молча стояли, потом Ихха подняла кристалл, засветившийся интенсивным зелёным светом, над головой. Младшие дети протянули руки с раскрытыми ладонями вперёд, перед собой. Некоторое время ничего не происходило, но видно было, как напряжены дети. Казалось, это напряжение передалось и наблюдавшим за ними через зеркало-экран и окружающей детей природе. Небо потемнело, поднялся ветер, Лес угрожающе зашумел, в нём появились какие-то неясные тени. Инэллина приглушено вскрикнула, но Тейлиарра ей успокаивающе положила руку на плечо. К детям из леса ползли всё сильнее и сильнее уплотняющиеся тени, кристалл в руках старшей девочки, превращался в маленькое зелёное солнце. Вот тени накатились на замерших детей, и кристалл ослепительно вспыхнул. Зеркало-экран погасло. Инэллина дрожа, прижалась к Богине. Хранитель сидел с закрытыми глазами, его лицо покрылось не известно, откуда появившимися морщинами. Напряжённую тишину нарушил голос Нэлькаэра: