– Нашел душку! По утверждению советской пропаганды, маньяк, хладнокровный убийца и развратник.
Расстояние до поверхности Эктегуса все еще исчислялось тысячами километров, а это означало, что пассажиров ожидал получасовой спуск, наполненный бездельем. Понимая это, Строгов развлекался безобидной болтовней.
– Образ Джеймса Бонда не подходит в нашем случае. Флеминг никогда не отправил бы своего героя в космический полет в компании с десантниками и инопланетянами.
– Это почему? – возмутился Марк.
– Здесь нет женщин, а все очарование Джеймса было направлено только на представительниц слабого пола. Без этого он не катит даже на участника массовки в воскресном сериале. – Николай пониже опустил спинку кресла. – А стрелять из пистолета, гонять на машине и совать нос в чужие дела – этим сейчас занимаются все подряд.
– Ну если дело только в женщинах, то здесь у меня полный порядок.
– Надеешься подцепить какую-нибудь симпатичную марсианку?
– Уже.
– Что значит – уже? – Николай непонимающе уставился на друга.
– Мы с Дэей трахаемся уже четыре дня.
Эта новость была покруче падения в плотных слоях атмосферы. Процесс посадки сразу отошел на второй план.
– Ты шутишь, разве такое возможно? Она же не человек!
– Тише ты! – Грабовский покосился на соседей.
Тьюри и Дюваль вальяжно развалились в своих космических шезлонгах. В руке Мишеля светился треугольный кристалл, помещенный внутрь небольшого серебристого диска. Популярнейшая галактическая игра с громким названием «Дипломатический патруль» полностью захватила молодого разведчика. Симон занимался более привычным для себя делом. Закрыв глаза, он с наслаждением потягивал из пластикового пакетика какую-то темно-зеленую бурду. Оба сержанта никак не отреагировали на реплику Николая.
– Совсем не обязательно, чтобы вся рота перемывала нам кости. Не знаю, чем это все закончится, но пока я наслаждаюсь полным сексуальным удовлетворением. Если принять соответствующие меры предосторожности… – Марк сковал свои запястья воображаемыми наручниками, – я имею в виду ее острые коготки, – то можно смело пускаться в скачку, добиваясь при этом самых феерических ощущений. Чувствуешь себя Гераклом при исполнении очередного подвига. Дэя неземная женщина, и это меня возбуждает.
– По-моему, тебя возбуждает восхищение собственной персоной.
– Не без этого. Кто может похвалиться связью с инопланетянкой? Это все равно, что поймать за хвост златогривую лошадку. Боишься, что лягнет, но отпустить уже нет сил.
Строгову хотелось задать парочку-другую откровенных вопросов, но возникшая неизвестно откуда деликатность удержала его. Он смотрел на друга и с удивлением отмечал в нем некоторые перемены. Из-под бравурной хвастливой оболочки впервые проглядывала настоящая страсть. Возможно, Николай никогда бы ничего и не заметил, если бы не встреча с Луизой. Эта девушка оставила неизгладимый след в его сердце. Те два дня, которые они провели вместе, были самыми светлыми воспоминаниями последних лет.
– Э, ты что, спишь?
Из задумчивости Строгова вывел легкий удар в плечо.
– Я тут с нетерпением жду совета лучшего друга, а он уставился в стену и впал в анабиоз.
– Я что-то не слышал, чтобы ты меня о чем-нибудь просил.
– А что, и так непонятно? Каково твое мнение?
Николай уже ничему не удивлялся, да и счастливая физиономия Марка предусматривала лишь один вариант ответа.
– Что тебе сказать? Дэя довольно красивая штучка, и неудивительно, что она оказалась в твоей постели. – Строгов нарочно польстил другу. – Странно, если бы ты пропустил такую задницу!
Грабовский поклоном поблагодарил за комплимент.
– Однако я не вижу продолжения этого романа, – теперь Николай подлил ложку дегтя. – Мы два биологически разных вида. Знает ли Дэя, что такое любовь в нашем, земном понимании этого слова, или она живет лишь инстинктами? Это главный вопрос, на который тебе придется ответить. – Строгов усмехнулся. – В этой области ты первопроходец, тебе первому и набивать шишки.
– Предыдущая часть твоей речи мне понравилась больше, – буркнул Марк. – Если честно, то это не Дэя оказалась в моей постели, а я в ее. И это не я ее трахнул, а она меня. – Грабовский устремил взгляд на экран, где с бешеной скоростью проносились грязно-желтые облака Эктегуса. – Не думай, что темные мысли не приходили мне в голову и я не задавал себе те же вопросы. Однако моя привязанность к ней растет день ото дня, и с этим я ничего не могу поделать.
«Бедный Марк! Угораздило же его втрескаться именно сейчас. Самое интересное, что я недалеко ушел от него. Луиза, ее лицо и тело приходят ко мне во снах почти каждую ночь».