— И… вы сами видели эти души в загробном мире? — спросил из толпы уже старческий голос.
— По крайней мере, один из нас, собравших вас здесь, видел их, — уже напрямую, не как ангел, а как человек, решился признаться Герм.
— А… сами вы вообще — кто такие? — снова раздался тот детский голос. — И кто из вас их видел?
От этого у Джантара всё похолодело внутри. Хотя вопрос был закономерен — и они заранее обсуждали возможный ответ… Но тут он прозвучал после слов, которые относились к нему, Джантару — и что Герму оставалось делать? Ведь и уклониться от ответа было нельзя…
— Его зовут Тукар Саум, — не растерялся Герм, должно быть, полагая, что, назвав это имя, ничем не рискует. — Теперь, когда я назвал его, вы больше верите нам?
— Люди… — донёсся ещё чей-то потрясённый — и похоже, также старческий голос. — Это правда… Такой человек был… Я по профессии историк, я знаю… Верьте им, они говорят правду! Только подождите, — спохватился говоривший это. — Он же считался погибшим в том бою в Кильтуме… А так получается — он ещё жив?
— Так вы… тоже люди Фархелема? — спросил всё тот же детский голос. — Такие же люди, как мы? Но вы видите души умерших, и даже говорите с ними? Или как?
"Всё… Вот и момент истины… — понял Джантар. — И что теперь?"
— Скажу вам так: Гиял Хальбир тоже говорил, что не обязательно быть иным, сверхчеловеческим существом, чтобы творить чудеса, не так ли? — и тут почти сразу нашёлся Герм. — И — что сам человек может творить их энергией своего духа? А люди называли его святым, когда видели творимые им чудеса — но что было, когда он сказал, что какие-то высшие силы не должны решать за человека всё?
"Остановись! — будто какой-то мысленной судорогой пронзило сознание Джантара. — Ты говоришь то, чего они не знают!"
— Правда, этого нет в канонах, — продолжал тем временем увлёкшийся Герм, — но я помню и подтверждаю вам: да, гонения на Хальбира начались именно с этого! А дело в том, что вы, люди, почему-то согласны признавать лишь всемогущие покровителей — и не любите, когда вам говорят, что и от вас требуются какие-то усилия! Но вот подумайте: что делать всем остальным в мире, где есть кто-то один, всемогущий и всеведущий? Зачем в таком мире кто-то другой со своей волей? Где поле деятельности того, другого, где область приложения его сил — если тот один знает и может всё, и этим уже как бы исчерпал собой всю полноту своего мира?