— У меня и без ваших раненых забот невпроворот. Саблезубые тигры сегодня на наших кабанчиков напали, которых колхозные бабы отловили с таким трудом в лесу. Прямо в загон, который мы общими усилиями построили, твари зубастые запрыгнули. Сожрали несколько упитанных поросят эти чудовища, пока наши охотники их не прогнали выстрелами. Да еще и не всех тигров убить удалось. Самая настоящая стая хищников оказалась. Половина удрала и будет дальше свирепствовать в окрестностях, пока охотники все это опасное зверье не перестреляют. А еще и пленных, из тех, что рамку эту новую из камня прошли с зеленым светом, мне Сомов пристраивать к работам поручил. Не знаю даже, как с ними разговаривать. Не понимают же эти парни ничерта по-русски. А для раненых красноармейцев я могу выделить вам временно только одного нашего фельдшера Ефрема Михайлова. Он немолодой и хромой немного, но дело свое знает. Других медиков у нас в колхозе нет.
— Что ж, и на том спасибо, — сказал Семенов, поняв, что Поликарпу просто хотелось кому-то высказаться о своих собственных проблемах, и пошел разговаривать с Игнатовым. Конечно, услышанное от Нечаева про нашествие саблезубых тигров, Виктора Сергеевича тоже взволновало. Ну, какие еще саблезубые тигры в Карелии?
Седой и бородатый профессор, которого все здесь уважали, одетый в синий комбинезон и в коричневые ботинки на толстой подошве с высокой шнуровкой, выслушал военного врача доброжелательно. Вот только он рассказал совершенно невероятные вещи:
— Да, вы не ослышались. Окрестные леса кишат всяким экзотическим зверьем, вроде саблезубых тигров. И это научный факт. Вон там, возле скал, не одна шкура уже сушится.
— Как же такое может быть, ведь подобные хищники давно вымерли? — удивился военный врач.
— В других местах вымерли, конечно, но только не здесь, не в этом мире, — сказал профессор.
— Это что же получается, какой-то другой мир находится вокруг нас? — спросил хирург.
— Именно. Имейте в виду, Виктор Сергеевич, что мы находимся в совершенно иной реальности, — сказал ученый.
— Хм, какая интересная теория о множественности реальностей! — воскликнул врач.
Игнатов уточнил:
— Да, наука впервые столкнулась с самой настоящей параллельностью миров. С одной сторону находится мир сорок первого года, где идет война, откуда пришли сюда вы, с другой — Россия две тысячи двадцатого года, откуда пришли мы, а здесь, посередине, мир времени плейстоцена, или нечто похожее.
— Но, как же такое возможно? — не переставал удивляться Семенов.
Игнатов проговорил:
— Вот и я не знаю, как. Но, есть одно несомненное связующее звено. Живой Камень.
— Помилуйте, Аркадий Игоревич, как же камень может быть живым? — удивился доктор.
Профессор сказал:
— Мы тут сделали интереснейшее открытие. Оказывается, существуют каменные формы жизни.
— Даже понять не могу, что вы имеете в виду? Какие-нибудь микроорганизмы? — предположил врач.
— Нет. Перед нами жизнь на основе кремния. И она основана не на биохимических реакциях, а на энергетическом обмене тонких порядков. Вместо привычных для человеческого организма клеток, Живой Камень состоит из бесконечных множеств транзисторных переходов, тонких энергий и квантового взаимодействия. Можно сказать, что плоть камня из сплошных микросхем молекулярного уровня. Живой Камень сродни ожившим компьютерам с неимоверным быстродействием и самообучаемостью. И он способен не просто взаимодействовать с людьми, как симбионт, а активируется и подзаряжается нашей психической энергией. И конфигурацией Живого Камня можно управлять без всяких дополнительных устройств, а лишь силой мысли. Огромная научная удача нашего коллектива исследователей состоит в том, что мы сумели подобрать спектр энергий, который включил этот живой суперкомпьютер. А все наблюдаемое сейчас вокруг нас — это лишь эффекты от его включения, — попытался объяснить профессор.
Семенов проговорил:
— Простите, но я даже не знаю таких понятий. Впрочем, не удивляюсь вашей компетенции, профессор, раз вы говорите, что пришли из двадцать первого века. И разумеется, научные теории о параллельности миров, вот это место само по себе, оживший камень и временной сдвиг, который тут наблюдается, мне очень интересны. Как и будущее, в котором снова Россия, а не Советский Союз. Но, меня сейчас гораздо больше волнует прикладной вопрос. Что делать с ранеными? Пока мы с вами беседуем, некоторые из них умирают без медицинской помощи. Нужно немедленно организовать помещение для госпиталя, набрать персонал, подвезти необходимые лекарства и медоборудование. Надо оборудовать и операционную. И хорошо бы организовать пункт переливания крови.