Однако самолёты продолжали лететь. С них сыпались и сыпались быстро падающие к земле точки, над которыми потом вспыхивали белые купола парашютов. Круто скользили вниз планеры, стараясь быстрей достигнуть земли. Там было спасение для находящихся в них солдат.
Некоторые самолёты с долгим следом чёрного дыма и огня стремительно неслись к земле и на ней взрывались.
А небо меж тем усеивали сотни и сотни куполов, и с появлением новых самолётов куполов становилось всё больше.
На земле кипел бой. Первые парашютисты схватились с англичанами и отчаянно дрались.
Успех операции висел на волоске. Прояви солдаты гарнизонов большее упорство, и начальный триумф немецких десантников растаял бы. Мир тогда наверняка узнал бы, непобедимость немецкой армии не более, чем миф. Но английские солдаты не выдержали, не смогли оказать достойное сопротивление.
Наконец на шестые сутки боев немецкое командование сообщило о своей победе. И тут ударила в литавры гитлеровская пропаганда. В газетах, журналах, по радио говорили об операции, какой ещё никогда в мире не проводили. Восхваляли дерзость и отвагу десантников. Отводя главную роль парашютистам 7-й авиадивизии, красок не жалели...
Позже отряды дивизии десантировались при захвате Бельгии и других стран Европы. И при вторжении в Россию не обошлось без их участия.
О понесённых потерях старательно умалчивалось. А они были немалые: только парашютистов погибло более трёх с половиной тысяч. Было уничтожено двести немецких самолётов, и ещё сто пятьдесят оказались повреждёнными.
Узнав о таких потерях, Гитлер объявил, что время десантных операций прошло, что потери эти больше, чем за всю кампанию на Балканах. Тем не менее многие участники операции, и первым генерал Штудент, были награждены рыцарскими крестами.
В начале войны с Советским Союзом генерал Штудент находился в тени. Но, когда планировали операцию «Эдельвейс» по захвату Кавказа, о десантниках вспомнили. Предполагалось выбросить парашютистов для захвата нефтяных промыслов Майкопа, Грозного, Малгобека. Операцию условно назвали «Шамиль». Однако осуществлять её не пришлось. Танковые и моторизованные дивизии Клейста продвигались столь успешно, что услуги Штудента не понадобились.
Теперь о нём вспомнили снова.
— Штудент, я намерен провести на Черноморском побережье воздушно-десантную операцию, — заявил Гитлер. — Полагаю, придётся использовать 7-ю авиадивизию. Где сейчас она?
— На Балканах, мой фюрер.
— Немедля направить её в Крым. Цейтцлер организует переброску.
С овладением Крыма немецкие войска получали выгодный плацдарм для безопасного и кратчайшего пути к Кавказскому побережью. Ныне самолёты должны были доставить десантников с крымских аэродромов к Батуми.
План подобной операции Штудент предлагал ещё летом, но он был отвергнут.
Решительным шагом Гитлер направился к карте.
— Мне нужна черноморская дорога! Вся! От Новороссийска до Батуми! Как только русские дрогнут у Новороссийска и Туапсе, немедленно должен быть сброшен на Батуми и дорогу воздушный десант. Понятно, генерал? Вам надлежит в считанные дни подготовить операцию. По прибытии дивизии в Крым ей следует находиться в постоянной готовности. По захвату Батуми десантникам предстоит совершить второй прыжок — к Баку. Там надо захватить нефтяные промыслы и нефтеперегонные заводы. Таков в общих чертах замысел операции. Понятно?
— Мой фюрер, необходимо будет надёжное прикрытие наших Самолётов истребительной авиацией, особенно в районах десантирования, — заявил Штудент.
— Полагаю, что для этого нужно сосредоточить наши истребители в районе Краснодара, — пояснил Цейтцлер.
— Это ваша забота, — отмахнулся Гитлер.
— Мой фюрер, а какова роль армии Манштейна — я имею в виду 11-ю армию? — осмелился спросить Штудент.
— За ней дело не станет. Вы, генерал, обязаны обеспечить ей успех. За неделю она переправится из Крыма на Тамань и завершит начатую операцию на Кавказе.
Заканчивая разговор со Штудентом, Гитлер помпезно произнёс:
— Операция «Двойной прыжок» откроет путь немецкому солдату не только в Закавказье, но и в Индию, и на Ближний Восток.
Двойной прыжок
В отличие от других начальников, предпочитавших давать указания и подписывать документы, генерал Штудент не сторонился черновой работы, которую должны делать офицеры штаба. Теперь, понимая важность предстоящей операции, он сам продумал её замысел, сам произвёл необходимые расчёты, сделал намётки следующих после десантирования задач.