Девушка, познавшая колдовство, многое понимала. Включая, почему звезды такие чудные.
Тут должны были обитать души наиболее одиозных грешников, прежде чем воплотиться в иной, непостижимой для воображения вселенной, их должны были перевоспитать, хотя бы частично ангелы. Им даже давали плоть, чтобы они могли ощущать боль, или наслаждение, нравственное совершенствование происходит лишь в борьбе с самим собой и своими грехами.
Впрочем, грех должен существовать всегда, чтобы стимулировать поступательное развитие личности.
Но видимо после бунта ( в голове у воительницы-каратистки возникли какие странные ассоциация. Словно она и раньше знала неведомое и недоступное разуму) в их среде произошла определенная путаница с душами. Во всяком случае, все места в Колизее занимали весьма аппетитные конфеты с щупальцами кальмара, или чуть больше, но тоже очень красочные пирожные. При чем, с шоколадной, или глазуревой корочкой. А это странно, неужели среди кулинарных изделий было столько негодяек.
А выглядят так аппетитно и привлекательно, что буквально слюнки текут.
Может, потравили людей. А вот на небе вдруг пропали светила! Вместо них, ползут светящиеся насекомые, это не звезды, а полуразумные сгустки принцесс-плазмы, дающие свет и тепло грешникам. А тут знойно, даже несравнимо более жарко, чем на планете их прежнего такого ласкового мира. Пирожные и конфеты явно протухли, вызвали понос, и в наказание боги бросили их в пекло! Но не так страшно, скорее комично.
Алевтине стало очень смешно и она едва смогла сдержать смех.
Всевышний Бог, если он есть, не настолько жесток, чтобы кого-то терзать, или мучить, но пытку для мозга устроить не прочь. "Демон" частенько рассказывал им о религии Земли: - Вот когда-то люди верили в ад, особенно протестанты, но это так глупо. Разве будет высший разум за преступления короткой жизни истязать миллиарды миллиардов лет. Чем выше ум, тем он добрее и гуманнее, ему хочется всеобщего счастья и благоденствия.
И конечно делать добро своему творению, это высшее удовольствие и благодать!
Размышления метались в голове, как крохотная шаланда в бушующем океане. Их прервал грубый, скорее женский, чем мужской голос, он бил по ушам, как удар грома:
- Дьяволица-ведьма и мастер единоборств, ты попала к нам и, следовательно, заслужила наказания. Стань на колени перед императрицей.
Да, предложение не из приятных.
- А если я откажусь? - Алевтина гордо выпятила высокую грудь.
Она хотела казаться себе и всем остальным очень крутой.
- Тогда умрешь! - От подобно гласа, казалось, в барабанные перепонки вонзилось раскаленное сверло.
Или даже забили кувалды по ушам.
- Смерти нет! - Воительница-каратистка показала язычок. - Смерть, это жадная лапа священников, к которой липнут деньги простаков, а ногти выскребают достоинство!
Да, смелая и дерзкая получилась девица. И такая отчаянная.
Наступила пауза, императрица, похоже, была в самом большом и сверкающем крупными драгоценными камнями ложе. Разглядеть ее было трудно, слишком все блестела, но судя по всему, ее фигура была внушительной и в доспехах. Было видно, что она держит в руках кристалл, видимо, стараясь рассмотреть, дьяволицу-каратистку поближе. Алевтина бросила взгляд на себя и смутилась. Её дорогая одежда разом исчезла, и она оказалась в купальном костюме цвета хаки. Босые девичьи ноги ощущали колючий, горячий песок. Дева вдруг ощутила себя рабыней. Босоногая, почти нагая под пятью палящими светилами, одно из которых выглядит, как дикий " глюк" наркомана. А главное публика, размахивающая лапами насекомых, хищников, и чего-то еще... Не найти аналогов в живом мире материальных миров.
И каких-то еще кулинарных изделий, что вызывают спазмы в голодном и пустом животе.
Наконец, снова послышался, на сей раз куда более мягкий и мелодичный голос:
- Ты мне нравишься, смелая и умная. Поэтому я дам тебе шанс, ты сразишься с лучшими моими воинами, и если останешься жива, получишь ключи от мироздания фантазии и мысли. После, если ты мне понравишься, у тебя будет выбор вернуться назад, или жить вечно с нами в Гипервселенной фантазии, где нет старости и смерти.
Девушка собралась с силами, напрягла мышцы.
А затем Алевтина оскалила острые зубки, топнула изящной, обнаженной ногой.
Прочирикала громко:
- Я принимаю вызов!
Собственная шутка
Хотя пятки и припаливало колким песком.
В небе громыхнуло, на секунду показалось, что из зеленого свода торчат тысячи черных пушечных дул: