Последнее прозвучало едва слышно, но Велларт резко вздрогнул и побледнел.
— Понял, — сипло пробормотал он. — Мы всё устроим. Подготовка к ритуалу займёт около четырех недель.
— Так начинайте! Сегодня же!
— Будет сделано, ваше величество… — советник опустил глаза и поклонился.
— Вон отсюда!
Когда дверь за Веллартом затворилась, а шаги в коридоре смолкли, Себастиан вскочил с кресла и заметался по комнате. Страх. Панический, животный. Это было единственное, что он сейчас чувствовал.
Предатели! Кругом одни предатели и идиоты!
Но он не имеет права показать, что боится. Это проявление слабости.
Себастиан резко остановился и, тяжело дыша, склонился над столом, опершись ладонями о столешницу из черного мрамора.
Надо любыми путями добыть это проклятое предсказание. А потом вырезать всех, кто попадет под подозрение.
И, главное, молить всех святых, чтобы артефакт-поисковик сработал…
Глава 16
— Бодан, а можно вопрос? — я прожевала последний кусочек омлета с овощами и с сытым вздохом отодвинула от себя пустую тарелку.
Сегодня был выходной, и поэтому мы расслабленно сидели в столовой и болтали, не боясь опоздать на занятия.
Впервые за всю неделю я более или менее выспалась. Несмотря на все переживания и волнения, уснула я вчера после душа почти мгновенно и крепко проспала до самого утра.
А с первыми лучами утреннего солнышка реальность вернулась на своё привычное место, окончательно развеяв сладкие, девичьи грёзы, и ночные волнения уступили место насущным заботам и обычным человеческим ощущениям. Таким как голод и радостное предвкушение поездки в город и покупки… бального платья!
Хотя, если уж совсем честно, думая о платье, я думала… о нём. О том, как он будет смотреть на меня, как будет восхищаться мной. Как мы будем танцевать. Как он снова будет прижимать меня к себе. Как…
Что должно было следовать за очередным «как» — об этом я боялась даже думать. Слишком хрупкими были мои мечты и надежды. Как фигурки из тончайшего хрусталя, грозящие в любой момент упасть на жесткий пол и разлететься на тысячи крошечных осколков.
— Задавай! — парень с довольным видом откинулся на спинку скамьи, деловито потер переносицу и с видом умудренного опытом учёного уставился на меня. В ореховых глазах плясали добрые смешинки. — Твоя справочная сыта и готова к выдаче любой интересующей тебя информации.
Мы все рассмеялись.
— Бруны, — начала я. Запнулась, не зная, как правильно сформулировать интересовавший меня вопрос.
— Что с ними? — Бодан удивлённо приподнял брови.
— Ронда сказала, что их никто никогда не видел…
— Ну да, — подтвердил парень. Потом, подумав, поправился. — Хотя, не совсем так. Их могут видеть единицы.
— А кто именно? — это сорвалось с моих губ быстрее, чем я успела подумать.
Черт, лишь бы не выдать свою чрезмерную заинтересованность.
Парень окинул меня пристальным взглядом. Я поспешно нацепила на лицо маску праздного интереса с примесью равнодушия.
— Их могут видеть те, в ком течет королевская кровь, — медленно начал приятель, не отрывая от меня пытливого взора. Потом огляделся по сторонам и, убедившись, что нас никто не подслушивает, продолжил, понизив голос. — Дело в том, что много лет назад здание нашей Академии было родовым замком семьи Лазурро. Ну, ты, наверное, читала про них в учебнике истории.
Я быстро кивнула.
— После… определённых, трагических событий… — парень осекся, явно пытаясь подобрать слова. — В общем, когда всё это произошло, и все члены семьи Лазурро были казнены, их родовой замок был конфискован и передан Академии.
Затаив дыхание, я ловила каждое его слово. Ронда, сидевшая рядом со мной, тоже замерла в ожидании. Очевидно, она тоже ничего об этом не знала.
— Тебе ведь, наверняка, бросилось в глаза, сколько в академии светлых и, в особенности, голубых оттенков? Зная твою наблюдательность, полагаю, ты не раз задавала себе вопрос, как такое может быть.
А ведь он прав! Я на самом деле не раз удивлялась, почему в государстве, чей герб и флаг окрашены в черный цвет, а правителями является темный род, самая главная академия магии выполнена в радостных, светлых тонах. Одна экзаменационная аудитория с ее лазурным куполом чего стоит! А спальни? Всё в голубых, сиреневых и светло-зеленых оттенках!
— Так вот, — дождавшись утвердительного кивка, продолжил Бодан. — Всё это осталось от прошлых владельцев. То есть от рода Лазурро. Когда замок передали в ведомство Обскурро, власти тут же попытались здесь всё переделать. Сотни рабочих были посланы, чтобы перекрасить комнаты и залы в черный цвет и сменить яркие, пестрые витражи окон на более темные. Но, видимо, замок был зачарован. Поскольку уже через несколько часов черная краска исчезала, словно ее и не было, а окна вновь начинали сиять радужными цветами.
Ничего себе! Я едва не ахнула от изумления. Вот что означает настоящий «умный дом».
— После нескольких месяцев бесплодной борьбы с замком, правители сдались. И поэтому наша Академия существует в теперешнем… так сказать… виде.
Несколько секунд за столом царило гулкое молчание. Я незаметно огляделась по сторонам. Столовая уже почти опустела, оставались лишь мы да несколько адептов с целительского факультета, сидящие на другом конце зала.
— Так что с брунами? — робко напомнила я свой вопрос.
— Ах да, — Бодан хлопнул себя по лбу, словно вспомнив, зачем он всё это рассказывал. — Бруны служили королевской семье. И, несмотря на то что замок конфисковали, они отказались покидать его. Из каких соображений — этого никто не знает. Может, в надежде, что хозяева когда-нибудь вернутся сюда. А, может, они просто не хотели покидать родной дом.
— То есть я правильно понимаю, что видеть их могут только представители рода Лазурро? — неуверенно уточнила я. А у самой неприятно засосало под ложечкой.
— Не только, — отозвался Бодан. — Члены семейства Обскурро тоже могут их видеть. Но больше никто. Поэтому никто и не знает, как они выглядят. А почему тебя это так заинтересовало? — Мягкие ореховые глаза снова пытливо вгляделись мне в лицо.