— Итак откройте свои тетради и записывайте… — словно издалека до меня донёсся голос профессора Мердена.
Но я не могла пошевелиться. Черная дыра в животе стремительно разрасталась, поглощая в свои недра всё моё тело и сознание. Гул в ушах становился всё сильнее, перед глазами поплыл черный, густой туман, в котором горели только мерцающие, красно-желтые угольки…
Боль… Пощады… Смерть… Скорее…
Все эти слова бесконечной вереницей закружились в моём воспалённом мозгу. А тело внезапно пронзило мучительной, нестерпимой болью. Каждая моя клеточка буквально орала!
Смерть… Скорее… Смерть… Скорее…
— Мэйди!!!
Нестерпимая боль резко исчезла, уступив место обычной, человеческой. Кто-то хлестал меня по щекам.
— Адептка Клири, что с вами?
Я с трудом разлепила ставшие свинцовыми веки. Туман начал постепенно рассеиваться, но чувство тошноты лишь усилилось.
— А? Что? — я растерянно огляделась по сторонам.
Я лежала на холодном полу, вокруг меня столпились мои сокурсники. А возле меня на коленях стоял профессор Мерден. Именно он и бил меня по щекам.
— Ну, слава Фиделиону, — преподаватель с облегчением выдохнул. — Впечатлительная же вы особа, адептка. Да, твари страшные, но мало кто из моих учеников лишался чувств. Орали, выбегали из аудитории… всё бывало. Но обморок? — Он укоризненно покачал головой. — Может, позвать лекарей?
Я торопливо мотнула головой и приподнялась на локтях.
— Не надо, я уже в порядке, — поморщилась от очередного приступа тошноты. — Я… просто устала. И, наверное… — Мозг лихорадочно искал подходящее объяснение. — Израсходовала свой ресурс. Мы сегодня впервые колдовали. Вот.
— Хорошо, — профессор поднялся с пола. — Тогда на сегодня вы свободны. Всё равно осталось лишь полчаса до конца занятий. Идите отдыхать, адептка. Если встретите кого-то из преподавателей, сошлитесь на меня. Скажите, что я вас отпустил.
Я кивнула, тоже поднялась на ноги, быстро собрала сумку и под сочувствующие взгляды сокурсников бесшумно покинула аудиторию.
Выйдя в коридор, я бессильно привалилась к стене и закрыла глаза.
Что-то подсказывало мне, что ни в коем случае нельзя никому рассказывать о том, что я почувствовала, увидев это мерзкую иллюзию. Ни о боли, ни о мыслях, возникших в моём мозгу. Я чувствовала, что между мной и этими монстрами существует какая-то связь…
Но какая? Мне просто необходимо это выяснить… Но уже после бала.
Я медленным шагом двинулась вдоль коридора к лестнице.
— Эй ты! Красотка… Стой!
Глава 25
До боли знакомая хрипотца неприятно царапнула слух.
Нет! Только не это!
Я резко обернулась и чуть не взвыла. Позади меня стоял… Клаус. Такой же холёный, даже слишком холёный для парня, как и в нашу первую встречу. И с той же омерзительной пресыщенностью и высокомерием во взгляде потрясающе глубоких серо-голубых глаз.
— У меня нет времени на разговоры, — довольно невежливо бросила я. — Много дел, знаешь ли. Я тороплюсь.
И в подтверждение своих слов снова развернулась и быстро зашагала вперед. Но парень настиг меня в несколько мгновений. Сильная рука схватила меня за плечо.
— Тебя ведь Клири зовут, верно? — парень мягко развернул меня к себе.
— Ну и? — раздраженно буркнула я. — Какая разница, как меня зовут? Отпусти.
Я дернулась и попыталась вырваться. Но хватка у парня была железной.
— Да не трепыхайся ты так, — сильные руки легонько тряхнули меня. — Я тебе ничего плохого не сделаю. — На идеальной формы губах заиграла гадкая ухмылка.
— Отпусти, — повторила я, глядя в пол. — Иначе…
— Иначе что? — парень насмешливо хмыкнул и, не дождавшись ответа, продолжил. — На самом деле я был неправ.
Я опешила.
— В смысле? — вскинула на него недоуменный взгляд.
— В смысле, что ты очень даже аппетитная, даром что из деревни, — слащаво отозвался гад, буквально раздевая меня глазами. — Сколько?
— А? — не поняла я. — Сколько что?
— Сколько ты хочешь? Десять лоренов хватит?
Я вспыхнула от гнева. Резко отшатнулась.
— Ты больной?
— Клири, перестань ломаться, — словно не замечая моей реакции, продолжил парень. — Ты должна быть счастлива, что я обратил на тебя внимание. Поверь, влияние моего отца куда сильнее, чем папаши этого щенка Нортона. Да и неизвестно еще, сколько его отец будет занимать свой пост. К тому же, Нортон — плюгавенький мальчишка. Да и как маг я в разы сильнее.
Я была настолько обескуражена этой самодовольной тирадой, что на несколько секунд потеряла дар речи. К сожалению, гад расценил моё молчание по-своему.
— Вот видишь? Одни плюсы для тебя, — его лицо вплотную придвинулось к моему, а губы едва слышно выдохнули. — И я могу быть щедрым… Если ты мне понравишься, то не будешь нуждаться ни в чём.
— Да пошел ты! — дар речи, наконец, вернулся.
Я резко оттолкнула парня, но крепкие руки вновь сжали мои плечи.
— Не зли меня, Клири… Поверь, я могу сделать твою жизнь тут невыносимой. И я всё равно тебя получу. Хочешь ты этого или нет.
— Да иди ты в задницу!
Неужели я это произнесла? Бабушка была бы в шоке!
Глаза парня вспыхнули, лицо исказила гримаса гнева. Но он сдержался. Видимо, открыто нападать на меня в коридоре, где за каждой дверью проходили занятия, он не решался.
— Даю тебе день на размышление, — тихо прошептал он. — Завтра на балу увидимся. Подумай, Клири. И, если надумаешь, номер моей комнаты 208. Я живу один. Не пожалеешь…
Он изящно развернулся и быстро зашагал прочь. А я стояла, тяжело дыша, и смотрела в его удаляющуюся гадкую спину.
Черт! Надо было двинуть ему между ног, чтоб забыл ко мне дорогу навсегда. Как учил Герхард.
«Не жалей противника! Бей по самым больным уязвимым местам!»
Но я просто не сориентировалась, настолько меня огорошило его «лестное» предложение. Хотя… может, оно и к лучшему. Кто знает, чем могло бы закончиться для меня открытое противостояние. Свидетелей-то не было.