Перед глазами стояло лишь холодное, отчужденное лицо Йена.
— Мэйди?
Тихий, мужской голос окликнул меня из-за густых кустов жасмина.
Я резко повернула голову и сощурилась, пытаясь разглядеть стоящую там фигуру, которая в ночных сумерках походила на тень.
— Мэйди, милая!
Тень отделилась от кустов и быстрым шагом направилась ко мне. Но на полпути резко замерла.
— Мэйди?.. — в голосе парня послышалось замешательство. — Постойте… кто вы?
Черт! Черт! Черт!
Передо мной стоял молодой человек лет двадцати пяти. Высокий, стройный, черноволосый. С правильными, хоть и чуть простоватыми чертами лица и добрыми, карими глазами. Которые сейчас растерянно глядели на меня.
— Эммм… — я запнулась. Потом резко подошла к парню, схватила его за руку и решительно потянула вглубь сада. Подальше от любопытных глаз, коих среди моих сокурсников было, увы, слишком много.
От изумления парень даже не сопротивлялся. Он безропотно последовал за мной, не отрывая от меня обескураженного взгляда.
Наконец, когда я была уверена, что мы находимся достаточно далеко и что нас никто не услышит, я остановилась и выпустила руку… своего жениха.
На несколько секунд в воздухе повисло гнетущее молчание, нарушаемое лишь стрекотом ночных цикад и тихим шелестом листьев.
— Кто вы? — парень первым обрел дар речи. — Где Мэйди? Почему вышли вы, а не она? Позовите ее!
— Я… — осеклась. Потом сделала глубокий вдох и словно нырнула в ледяную воду. У меня не было выхода! — Ваша невеста умерла. А я… бабушка Агата приютила меня, когда мне некуда было идти. И у меня, как оказалось, тоже есть дар. И…
В воздухе повисла тягучая пауза.
— И вы поехали сюда вместо Мэйди, — хрипло закончил парень. Голос его дрогнул.
Я молча кивнула.
— А я-то голову ломал, почему она мне не написала, — он отвернулся и обхватил лицо ладонями. — Я как чувствовал. — Голос парня сорвался и плечи беззвучно затряслись.
У меня защемило сердце, а к горлу подступил ком. Я прекрасно понимала, что он чувствует! Потерять самого любимого человека, ради которого ты работал, жил, дышал… Что может быть страшнее?
Не выдержав, я подошла к парню и робко положила руки ему на плечи.
— Мне очень жаль…
Он не скинул их, лишь стоял молча, продолжая рыдать. Так продолжалось несколько мучительно долгих минут. Наконец, его тело перестало подергиваться, дыхание чуть выровнялось. Он достал из кармана носовой платок, громко высморкался и повернулся ко мне.
— Как вас зовут? — карие глаза пытливо вглядывались мне в лицо.
— Таня, — едва слышно выдохнула я.
— А меня Люк.
Я кивнула, не зная, что сказать.
— Знаете что, Таня, — Люк шумно вдохнул, словно собираясь с мыслями. — Я понимаю вашу ситуацию. И… Мою Мэйди всё равно не вернуть. — Он с трудом подавил всхлип. — Поэтому давайте я просто уйду. А вы скажете всем, что мы разошлись. Так будет правильно.
Я изумлённо посмотрела на него, а в груди начала разливаться теплая волна благодарности и восхищения.
Вроде, простой, деревенский парень. Но обладающий таким тактом, таким благородством, какие не снились большинству аристократов!
— Спасибо, — я протянула Люку руку. — Мне на самом деле очень жаль. Я уверена, Мэйди была замечательная.
— Да, она была настоящим сокровищем, — прошептал парень, и лицо его осветила мечтательная улыбка. Но лишь на мгновение. Секунда, и в глазах вновь появилась нестерпимая горечь утраты. — Прощайте.
Он легонько пожал мою руку и, развернувшись, молча зашагал в темноту.
Я, как оглушенная, стояла и смотрела ему вслед, разрываемая самыми противоречивыми чувствами. Во мне бушевали сострадание и благодарность, страх и какое-то невыразимое облегчение, отчаяние и надежда. И над всем этим ослепительно-яркими буквами сиял вопрос: Что делать⁈
И лишь когда фигура парня окончательно растаяла в темноте, я приняла решение:
Я не могу потерять Йена. Он мне дороже собственной жизни…
С этой мыслью я развернулась и решительно зашагала обратно в академию.
Глава 42
«Я ухожу от тебя, Йен. С тобой было хорошо, но мне мало того, что ты мне можешь предложить… Я выйду замуж за твоего брата.»
Голос Лорен бесконечной шарманкой звучал в ушах Йена, пока ледяные струи водопадом спадали на его тело, заставляя все мышцы содрогаться.
Но даже эта ледяная вода не могла вытеснить из его сердца невыносимую боль разочарования и столько же невыносимый жар страсти, смешанный со жгучей ревностью.
Такого просто не может быть! Как он мог так ошибиться⁈
Йен прижался лбом к гладкой стене и резко крутанул кран. Напор воды усилился, причиняя уже реальную физическую боль и оставляя на коже красные следы, как от ударов плетью.
Очень хорошо! Пусть эта боль выжжет другую, куда более мучительную!
Он закрыл глаза, руки сжались в кулаки.
«Я выйду замуж только за короля, Йен. Это была наша последняя ночь. И, если тебя это хоть немного утешит, она была потрясающей… »
Белокурые локоны упали на поистине совершенное, белое, как самые дорогой фарфор, личико. А огромные, светло-серые глаза томно, с каким-то странным, жестоким удовлетворением посмотрели на него.
Она сидела на постели в соблазнительном полупрозрачном пеньюаре, обшитом дорогими кружевами. Ее хрупкая, нежная фигурка словно светилась изнутри, как хрустальная статуэтка балерины. Она выглядела такой невинной…
А он ощущал себя так, словно его только что огрели тяжелой кувалдой. Неужели это не сон? Неужели такое нежное, такое прекрасное создание могло всё это время так цинично лгать? Неужели эта эфемерная фея могла так искусно изображать любовь, страсть? Неужели он так плохо знает людей⁈
Йен взвыл. Осколки воспоминаний больно впились в сердце. Кулак с силой впечатался в стену. Потом еще раз.
Неужели всё повторяется снова?
Ведь во взгляде Мэйди было столько любви, столько непосредственности! Она выглядела такой искренней, такой прозрачной, такой трогательной и беззащитной! И оказалась такой же вероломной, как Лорен… Жених! У нее всё это время был жених!