— А теперь я хочу показать тебе этот мир! — лицо молодого человека осветила широкая, мальчишеская улыбка. — А ты расскажешь мне о своём.
— Идёт!
И мы бодрым шагом зашагали вперед, представляя, будто держимся за руки. А черный дракон и его голубая подруга расправили свои гигантские крылья и стремительно взмыли в воздух, устремляясь к самым вершинам уходящих в бесконечное небо гор…
— Ну как? — Ронда подлетела ко мне, едва я переступила порог нашей комнаты. Глаза ее горели жарким любопытством.
Вместо ответа я лишь улыбнулась. Перед глазами закружились картинки нашей с Йеном прогулки по холмам и заснеженному, похожему на сказочный, лесу. А в ушах до сих пор звучали обрывки наших разговоров. Йен рассказывал мне о себе, о своём детстве. Я же, в свою очередь, веселила его рассказами о моём мире.
И с каждой секундой мне становилось с ним всё легче и легче. С каждой секундой я всё отчетливее понимала, что за ледяным, толстым фасадом невозмутимости и самообладания скрывается чудный, веселый мальчишка, у которого просто отняли детство. Которого всю жизнь учили держать любые эмоции под контролем, скрывать свои чувства. Он приоткрыл их лишь однажды, за что жестоко поплатился. И моим самым сильным желанием было сделать так, чтобы он позволил себя открываться, не боясь, что его чувства вновь превратят в кровавые ошметки.
И, похоже, мне это начало удаваться…
— Понятно, — насмешливо хмыкнула подруга. — Влюблена по уши. Все признаки! Поглупевший взгляд, заторможенная реакция, бессмысленная, счастливая улыбка на губах. Диагноз — запущенная стадия.
Я рассмеялась.
— Да ладно, а у самой что, иначе? Или хочешь сказать, что у тебя эта симптоматика отсутствует?
— Не хочу, — на губах девушки заиграла та самая мечтательная улыбка, о которой она только что говорила, а взгляд затуманился. — И разве я сказала, что это что-то плохое? По-моему, это самая замечательная болезнь на свете!
Что-то в ее лице заставило меня встрепенуться. Я внимательно вгляделась в порозовевшие щеки и сияющие глаза.
— Так, ну-ка колись, я что-то пропустила?
Подруга смущенно опустила взгляд.
— Бодан был тут… — она замялась, а потом радостно выпалила. — И он пригласил меня на свидание! Представляешь! На настоящее! А еще он сказал, что хочет, чтобы я пошла с ним на бал, посвященный Сильвестру! Представляешь!
Внутри меня словно раздался взрыв аплодисментов. Да! Наконец!
— Но ведь бал состоится через три месяца? — насмешливо заметила я.
— Ну и? — возмутилась соседка. — Или ты думаешь, что у нас всё несерьёзно? — В голубых глазах промелькнула тревога.
— Да успокойся ты! — я рассмеялась и похлопала свою вконец потерявшую голову подругу по плечу. — Я уверена, у вас всё будет хорошо. Бодан очень порядочный парень и никогда бы не пригласил тебя, не будучи уверенным в своих чувствах.
Та мгновенно успокоилась. А я, посмеиваясь, направилась к шкафчику и принялась переодеваться. Моя одежда всё еще была влажной от валяния в сугробах и игры в снежки…
Я давно не чувствовала себя такой счастливой, такой беззаботной, такой беспечной. И сейчас мне казалось, что никакая опасность не может настигнуть нас. Просто не может! Она разобьётся о неприступную стену нашего счастья и нашей любви…
Поскорей бы уже эти две недели пролетели!
Визуал 6
Наша чудесная Ронда…
Глава 55
Утро началось с сюрприза. Сомнительно приятного…
Наша привычная трапеза была прервана появлением в столовой ректора в сопровождении… странного незнакомца.
Это был неприметный, какой-то блеклый, будто тронутый молью, пожилой, низенький, лысоватый человечек. Водянистые глазки бегали из стороны в сторону, словно были неспособны сфокусироваться на чём-то одном. Одетый в мешковатый, потертый костюм и такую же потрепанную мантию, этот человечек одним своим видом словно молил о помощи.
— Дорогие адепты! — усиленный магическим заклинанием голос заставил нас замолчать и оторваться от своих тарелок. В столовой мгновенно воцарилась тишина, а все взгляды разом обратились на ректора. — Разрешите представить вам магистра Блейхманна, вашего нового преподавателя по базовым магическим взаимодействиям и по совместительству заместителя заведующего учебной частью. Профессор Крафт уже давно просила прислать ей помощника, и, наконец, ее просьбам внемли.
По залу пробежал возбужденный гомон. Адепты зашушукались. Некоторые даже привстали, чтобы как следует разглядеть нового преподавателя. Однако лица ребят выражали всё, что угодно, кроме восхищения. В лучшем случае, это было безразличие, а в худшем — разочарование и откровенная издевка.
И я могла их понять. Выглядел этот человечек, мягко говоря, не очень презентабельно. Во всяком случае, уж точно не как сильный маг, достойный звания заместителя завуча.
— Интересно, по каким критериям они отбирают преподавателей, — задумчиво прошептала я на ухо сидящему рядом Бодану. Парень выглядел не менее изумлённым, чем все остальные. — Как-то не выглядит этот кадр… как учитель.
— Да демон его знает, — одними губами отозвался приятель. — И почему они вдруг решили прислать его именно сейчас? Тоже вопрос… Насколько я в курсе, профессор Крафт жалуется на высокую нагрузку уже несколько лет. Во всяком случае, с моего поступления в академию точно.
Мне стало как-то не по себе. Аппетит резко пропал, а в животе повис тяжелый, холодный ком. Я отодвинула недоеденный омлет и еще раз пристально посмотрела на нового преподавателя.
Странный он… И эти бегающие глазки.
— Профессор Блейхманн будет преподавать базовые магические взаимодействия у адептов первых двух курсов, — продолжил, тем временем, ректор. Его лицо оставалось абсолютно бесстрастным. Но, зная поразительную выдержку профессора Альтерманна, я не могла до конца понять: он так искусно притворяется, или на самом деле всё происходящее в порядке вещей? — А еще он будет преподавать основы некромантии у первого курса.