Конрад как раз прошел переподготовку по «посадкам на авианосец в любых метеоусловиях» – то есть он теперь был полностью подготовленным боевым летчиком военно-морского флота, – когда получил предложение стать астронавтом. И его совершенно не смущало, что астронавту не требовалось даже одной десятой части навыков пилота, совершающего ночные посадки. И он, и Ловелл, и остальные были не прочь попытать удачи повторно. На этот раз Конрад прошел отбор с легкостью. Как и прежде, было тридцать с чем-то финалистов. Но им не пришлось проходить через Лавлейс-клиник или аэромедицинский центр в Райт-Паттерсоне. Их отправили на военно-воздушную базу Брукс в Сан-Антонио, где находился медицинский центр военно-воздушных сил. Медосмотры там отнимали кучу времени, но в целом были вполне обычными. После пяти полетов «Меркурия» стало очевидно, что астронавтам вовсе не потребуется чрезвычайной физической выносливости.
А заключительные испытания проходили прямо на Олимпе, который находился теперь в Хьюстоне. Частью их было формальное собеседование – с инженерами НАСА, а также с Диком Слейтоном, Джоном Гленном и Элом Шепардом – по техническим вопросам. Но имелись и «социальные» моменты. В частности, надо было сходить на вечеринку с коктейлем и на ужин в отдельном кабинете хьюстонского отеля «Риц» в сопровождении астронавтов «Меркурия». Когда-то туда ходили Эл Шепард, Гас Гриссом, Скотт Карпентер… а теперь – Уолли. Нужно было полностью себя контролировать, чтобы одновременно остаться славным парнем – любителем пива и проявить сдержанное уважение перед теми, кто уже вступил в этот клуб. Может, я закажу еще выпивку? Это напоминало наспех устроенную вечеринку братства, к которому вы отчаянно хотели принадлежать.