А затем, преодолев последние сотни метров по широкой наезженной торговой дороге, вскидывая фонтаны земельных комьев и поднимая клубы пыли, мы вышли на плоскую, окружающую город, расчищенную от крупной поросли равнину. И с высоты замершего «Иерихона» сразу же увидели всю развернувшуюся перед нами картину целиком.
Первыми бросились в глаза два изломанных остова рухнувших на землю воздушных кораблей. На подступах к городу были разбросаны, словно разорванные на клочки, обломки среднего боевого крейсера, а перед огромными сорокаметровыми стенами в районе западных ворот поверженным колоссом с полностью разрушенной оболочкой покоился огромный трёхпалубный гигант, в изуродованном остове которого я с трудом опознал «Громовержца».
И… Около трёх дюжин невероятно огромных, мускулистых и гротескных чудовищ, каждый из которых в размерах мог поспорить с самим «Иерихоном», облепивших каменные бастионы обороняющегося города. Кошмарные существа, уже сломав несокрушимые огромные ворота, уничтожили, судя по всему, два корабля и успешно одолевали неприступные стены города. Серокожие, покрытые костяными гребнями и шипами, уродливые великаны громогласно ревели на всю округу.
Я не увидел ни одного мёртвого или тяжело раненого, ни одного поверженного колосса. Значит, вся оборонная мощь огромного города оказалась бесполезной, бессильной. И все наши такие тщательные приготовления в предверии нападения пошли прахом. Все чудовищные твари продолжали вести страшный бой и, несмотря на отчаянное сопротивление защитников города, оставались в строю. Неумолимые, неубиваемые и всесильные Титаны. Дети Рух, способные разрушить любые стены и взять штурмом любой город Империи.
Я настроил систему магического подзорного увеличения, отрегулировал угол и наклон спаренных стволов пушек, мягко прикоснулся к орудийным рукояткам.
И тут мое внимание привлек небольшой лагерь в примерно трёхстах метрах от стены Лютограда. Плотная толпа из почти двадцати хагеров окружала нечто, похожее на… На что-то уродливое, кошмарное и неудобоваримое. Все же приличное расстояние пока мешало все рассмотреть в подробных деталях, даже через дальновизор. Но одно было ясным, как день. Этот лагерь был военной ставкой наблюдающей с безопасного расстояния за битвой Рух.
Магический линзы визора позволили увидеть над лагерем Верховной ведьмы огромную полусферу, мерцающую зеленоватым сиянием. Все ясно, эта тварь во избежание лишних проблем накрыла себя и свою свиту магическим куполом. Ладно, к ней вернёмся позже…
— Дядя Игнат, полный ход на Лютоград. Сближение на триста метров. Посмотрим, из какого теста сделаны эти твари.
— Скорее уж, из какого колдовского дерьма, — буркнул в переговорную трубу Игнат, трогая шагающую крепость с места.
«Иерихон» сразу набрал крейсерскую скорость. Игнат же не отказал себе в удовольствии дёрнуть за сигнальный шнур. И наша удивительная машина отозвалась протяжным трубным рёвом.
А потом я поймал в перекрестие магической системы наведения первую цель и мягко утопил рычаг.
Послушно повернувшись в заданном направлении, пушка выплюнула первый смертоносный снаряд. Огромная машина даже не почувствовала отдачи. Впрочем, ее почти и не было. Лишь резкий шелестящий свист умчавшегося на невероятной скорости разрывного снаряда.
Спустя пару секунд огромная голова одного, поднявшегося на стену в районе надвратных башен и (теперь я уже это точно видел) вырванных с корнями ворот, чудища превратилась в кровавый мясной фарш. Бумс!!!
И, всплеснув огромными когтистыми ручищами, обезглавленный гигант, медленно завалившись на спину, грохнулся оземь, судорожно подёргивая потерявшими опору ногами. Один готов. Зло ухмыльнувшись, я потянул за рычаги, наводя стволы орудий на следующий участок стены.
— Вы явно выбрали не тот город, мрази, — приглушённо прошипел я, утапливая гашетку. — Эта земля вам не по зубам, твари…
Бумс, бумс, бумс!!! Спаренные стволы орудий синхронно посылали снаряд за снарядом. Я только успевал наводить пушки и ловить в прицел магического визора огромные тела атакующих Лютоград чудовищ. «Иерихон», встав, как вкопанный, походил на явившегося на поле боя страшного бога мщения и войны, сверкая всеми гранями и бронированным корпусом в тусклых лучах холодного, пробивающегося через редкие прорехи среди туч осеннего солнца.
Я же в тот миг ощущал себя карающим мечом правосудия. Безучастным хладнокровным палачом, пред которым стояла только одна задача. Уничтожить всех этих жутких кошмарных невероятных тварей, которых просто на должно было существовать ни в этом мире, ни на моей земле.