Рух с виду спокойно восприняла мои слова. Но от меня не ускользнуло, что ее тонкогубый рот нервно дёрнулся в резкой судороге. Рух, возможно, впервые за сотни лет свой гнусной черной нечистивой жизни почувствовала если не страх, то что-то очень близкое к этому. Она понизила голос и с издёвкой прошипела:
— Боюсь? Тебя? Ты всего лишь человек с громким именем и непомерной гордыней. Ты не можешь даже пальцем прикоснуться ко мне. А я уже к закату буду вытачивать из твоих костей дудочки для свирели! Кто бы не защищал тебя, в полноценном поединке со мной он не выстоит. Раньше ослабнет… Упадёт. А тогда… Тогда ты познаешь на себе весь гнев Хаоса.
И что-то в ее словах заставило меня ей поверить. Может, она и права, и даже мой Грифон не сможет в полной мере на долгой дистанции тягаться с сильнейшей ведьмой Ковена, уступающей только Вальпургии… Кто знает… Значит, надо переходить в наступление. И заткнуть наконец пасть это гадине.
Усмехнувшись, я быстрым лязгающим шагом приблизился к границе окружающего Рух магического пузыря и легонько ткнул в дрожащую от колдовского марева стенку остриём рунного меча. Почему-то во мне крепла абсолютная уверенность в своих действиях. Я точно знал, что все получится.
Руны, нанесённые на клинок, вспыхнули ярче звёзд, через меч мне в руки ударило сильным откатом и жаром, а окружавшая Рух магическая плёнка с громким звоном лопнула, заставив почву под моим ногами содрогнуться.
У ведьмы отвисла челюсть. Я же отсолютовал ей абсолютно невредимым мечом, у которого лишь чуток раскалился кончик, и вежливо произнёс:
— Кажется, вы что-то говорили о том, что все закончится уже к закату, мадам? Не изволите ли спуститься с вашей проклятой повозки вниз, или мне самому подняться и стащить тебя за патлы, как самую последнюю подзаборную шлюху?!!
Вот никогда не умел толком с бабами разговаривать. Серьёзно. Рух, с мелькнувшим в едва не выскочивших из орбит алых глазах страхом, истошно завизжала и, словно взбешённая фурия, соскочила со своего жуткого насеста.
Приземлившись в нескольких шагах передо мною, она низким горловым голосом, будто простуженный тролль, проревела:
— Ты смотришь в глаза своей смерти, Часовой!!!
В тонких руках Ведьмы откуда не возьмись появилось странное, диковинное оружие, а она сама начала быстро и жутко дёргаться, словно ломаясь… Я невольно сделал два шага назад, поднимая клинок. Черт, да ведь эта тварь меняет свою форму, перекраивая свое тело для грядущего боя! Такого я и представить не мог.
В мои уши вонзился громкий изменяющийся вопль Рух, переходящий в злобное рычание пробужденного огромного разъярённого зверя.
Глава 22
Плоть Рух вспучивалась и опадала, скрипели сухожилия, трещали кости. Ведьма меняла свой облик, превращаясь в огромную кошмарную тварь совсем уж нелицеприятной и жуткой наружности.
Надетое на худенькое тело домотканное платье расползлось на лоскуты. Она вытянулась почти на метр вверх, став таким образом на голову выше меня. Кожа приобрела пурпурный оттенок, ороговев и покрываясь плотной чешуей, превратившиеся в лапы руки и ноги ощетинились загнутыми, отливающими сталью когтями-крючьями.
Поджарое мускулистое тело, затянувшееся чешуйчатой броней, перевивали толстые жилы. Немного горбясь, тварь наклонила голову. От прежней Рух остались только черные спутанные волосы, да горящие ненавистью углубившиеся в череп алые глаза. Ее лицо вытянулось как у крокодила, челюсти заклацали острыми зубами-иглами, нос ввалился внутрь, уши сместились на затылок и заострились.
Перед мной выросло настоящее порождение ночного кошмара, подлинный демон Хаоса. В правой руке тварь сжимала огромный меч, похожий на выточенный из цельной кости клинок, мервенно-бледного цвета, слегка изогнутый, с состыкованной из человеческих позвонков рукоятью.
Грифон яросно рычал, воинственно щёлкая клювом и с ненавистью глядя на возвышающуюся передо мной страхолюдину. Тварь распахнула пасть и заговорила искаженным, низким, но все еще вполне узнаваемым по интонациям голосом Верховной ведьмы:
— Ты сейчас сдохнешь, человек… Твоя кровь напоит мой меч, а плоть вскормит меня.
Вместо ответа я резко прыгнул вперёд и обрушил на чешуйчатую гадину рунный клинок.
Просвистев в воздухе, меч с глухим треском встретился с подставленным костяным клинком ведьмы. Дзыннннь!!! Мне показалось, что я со всего маху ударил по мраморной колоне. Не было никаких искр, лишь брызнули в разные стороны мелкие костяные опилки, да звучно взревела Рух, могучим рывком отшвыривая мой меч в сторону.