Одним движением я расстёгиваю ремни, пытаясь хоть что-то увидеть в пылевом облаке. Адреналин ещё жёстко пульсирует во мне, а вдохнуть не получается. На зубах так и хрустит песок.
— Кассета, кассета, — повторял я про себя.
Пыль слегка рассеилась, когда я сбросил лямки ремней и парашюта. Тут же я запустил руку за бронеспинку, чтобы нащупать брезентовую петлю.
Хорошо, что Акимович грамотно установил кассету. Ещё и петлю к ней специальную «приделал».
— Вот она! И… есть, — вытащил я пятикилограммовую кассету от АФА-И.
Больше в самолёте делать нечего. Я встал ногами в кресло и перемахнул через борт. На крыле удержаться не вышло, и я упал прямо в мягкую смятую рожь.
— Теперь бежать, — проговорил я, направляясь в сторону от самолёта.
Мои сапоги скользили по сложенным стеблям.
Отбежав метров на сорок, я обернулся и упал на землю. Надо было перевести дух. Я снял очки и сдвинул назад шлемофон. Пот начал застилать глаза, а щека и губа защипали ещё больше. Я приложил руку к одной и второй ране. Похоже, что осколками от плексигласа мне расцарапало и губу, и щеку. Один из осколков застрял прям в одной из петлиц на воротнике.
Осмотрев себя, я взглянул на ЛаГГ-3. Мой истребитель застыл под неестественным углом, прокопав брюхом огромную борозду. Двигатель в это время издавал громкие металлические щелчки, а из-под проломанного днища кабины прямо на землю потоком хлестал бензин.
Сделав несколько вдохов и выдохов, я взял свой планшет и посмотрел на карту. Сразу прикинул, где бы мог находиться.
— Тут Ярцево. А тут Суетово и Капыр… Капры… не прочитать, — проговорил я, смахивая пот с лица.
Рядом лежала та самая увесистая кассета от фотокамеры АФА-И.
Заслуга спасения этой плёнки и моим механикам принадлежит. Им пришлось собрать специальную полку-надстройку за бронеспинкой. Блоки приемника и передатчика рации закрепили на амортизаторах вторым ярусом, прямо над фотоаппаратом. Так что Акимович и его бригада молодцы.
Данные с неё надо доставить в штаб или хотя бы сообщить, где находится колонна танков, следующих за Днепром.
Точно! Где-то же здесь находится расположение одной из наших стрелковых дивизий. Надо только найти кого-нибудь.
И в этот момент раздался глухой хлопок. Пары бензина вспыхнули мгновенно. Сначала под брюхом ЛаГГа появилось пламя, а затем истребитель с гулом начал окутываться оранжевым пламенем. В небо тут же устремился столб чёрного дыма.
— Спасибо. Довёз, — тихо сказал я, отдавая дань уважения своему ЛаГГ-3.
Не успел я перевести дух, как над головой пролетел Як-1. Похоже, что Ведерников решил посмотреть, всё ли со мной хорошо. На повторном заходе я помахал рукой, чтобы он меня увидел.
Только он выполнил проход и над полем стихло, рядом раздался хруст и аккуратный металлический лязг. Я уже собирался потянуться к кобуре, но увидел, как в колосьях ржи мелькнул болотный цвет советской солдатской каски.
— Все выходите. Никуда не побегу, — произнёс я.
Тут же на ноги вскочили трое красноармейцев, а с ними и один ефрейтор и младший сержант. И тут же начали раздаваться крики от бойцов.
— Стой!
— Руки вверх!
— Пристрелю как собаку!
Четверо бойцов Красной Армии наставили на меня свои винтовки и продолжали кричать, чтобы я то ли руки поднял, то ли оружие опустил, которое я даже не достал из кобуры. Гимнастёрки у ребят слегка потемнели от пота и пыли, а лица были злые и настороженные.
Петлицы пехоты можно было отличить невооружённым взглядом.
Опять я в подобной ситуации. Это уже становится традицией для меня — встреча с бойцами после вынужденной посадки.
— Ой, всё, «Царица полей»! Лейтенант Михайлов. Оружие опустили, — махнул я рукой.
— Нет! А ну быстро…
— Товарищ лейтенант⁈ Андрей Николаевич! — воскликнул один из бойцов.
Не сразу, но я узнал этого парня.
— Иванов? Да ладно, — вот так встреча, улыбнулся я и подходя к ефрейтору.
Это один из двух механиков, обслуживавших мой И-16 и с которыми я встретился ещё в Рябовке. Иванова и его друга Петрова после нашей отправки в тыл забрали в пехоту.
Остальные красноармейцы на секунду замерли, сбитые с толку от такой встречи.
— Товарищ лейтенант, я прям рад вам. Ну и то, что вы живы, конечно, — произнёс Иванов и показал всем опустить оружие.
— Взаимно, Матвей. Хотелось бы пообщаться, но время не терпит. Мне нужна связь. Важные сведения у меня. Тягач, полуторка, телега или лошадь имеются?
Иванов кивнул и показал в сторону леса.
— Товарищ лейтенант, здесь штаб командующего недалеко. Пойдёмте.