— Я весь во внимании. Что нужно искать и где?
Кораблёв показал на карте большой квадрат и упёрся кулаками в стол.
— Мы потеряли четыре разведчика Пе-2 за последние два дня. Есть предположение, что где-то в этом районе. Ваша задача привезти нам информацию и снимки.
Я ещё раз подошёл к карте и посмотрел на район разведки. Это был тот самый лесной массив в районе Шостки и Глухова.
— Есть предположения, что там? — уточнил я.
Из моего прошлого мне было известно, насколько этот район важен для дальнейших событий на Брянском фронте.
— Мы предполагаем, что здесь сейчас сосредоточены подразделения немецкой танковой группы. Ставка требует доказательств. Так вот, нам они нужны и как можно быстрее.
Ну, в принципе я это и предлагал сделать. Получается, что мои мысли совпали с решением командования.
Глава 26
Кораблёв продолжил ставить задачу и показывать маршрут. То что он мне предложил, я не совсем считаю правильным.
— Первый и самый основной момент — вам придётся ждать окна в облачности, иначе в такую хмарь фотоаппарат АФА ничего не снимет. Полетите, как только прояснится небо.
— Этого можно ждать очень долго, — сказал Коровин, присаживаясь на стул и доставая папиросу.
— И тем не менее, придётся. Михайлов, маршрут у вас следующий. Взлёт из Льгова, набор высоты 2000–3000. Далее проходишь на северо-запад до Трубчевска. Там всё спокойно, так что встреч с мессерами быть не должно…
— Правильные слова — не должно, — откликнулся сразу на эту фразу Коровин.
— Это спокойный лесной участок, где можно скрытно пересечь линию фронта, Василий Иваныч, — поправил его Кораблев.
— Никто и не спорит с этим, Захар Василич.
Майор из разведотдела прокашлялся и продолжил доводить маршрут.
— Кхм… от Трубчевска выполняешь отворот на юг и полёт вдоль реки Десна к Шостке, а затем к Глухову. Возвращаться во Льгов будешь по кратчайшей прямой через Рыльск. Всё что сфотографируешь, сразу в полевую лабораторию. Мы её уже во Льгов отправили. Как потом передать снимки, это уже наша забота. Вопросы?
Начальник отделения из разведотдела 50-й армии внимательно на меня смотрел, ожидая какой-то реакции на поставленную задачу. Я же смотрел на него так же.
— Товарищ майор, я всё понял. Где и что смотреть мне ясно, — ответил я.
Кораблёв прокашлялся и посмотрел на Коровина. Как будто теперь Василий Иванович должен ему что-то сказать.
— Старший лейтенант Михайлов… Тут такое дело… Даже не знаю, как вам и сказать. Ваш нынешний командир и командир прошлый, мне говорили о вашей проницательности. Мол, вы можете что-то нам предложить интересное…
— Или не совсем законное и уставное, — добавил Коровин.
— Вот-вот! Так, я вас слушаю, какие у вас есть мысли по маршруту разведки. Может, хотите что-то поменять?
Сейчас уже 22 сентября 1941 года. Танковая группа Гудериана уже начала скрытый манёвр, и чем дольше командование будет отрицать нахождение больших сил в лесах на Орловско-Тульском направлении, тем меньше шансов удержать фронт. Так что я решил, что нечего долго думать и ответить прямо.
— Захар Василич, так раз потеряли самолёты примерно здесь, надо прям туда и лететь. Чего ходить вокруг да около.
— Мысль верная. А где предлагаешь пересечь линию фронта?
— Примерно… здесь, — показал я на юго-запад от Рыльска.
Кораблев задумался, но возражать сильно не стал. Хотя здесь и позиции подразделений 13-й и 40-й армии.
— Мы согласуем этот вылет с соседями. Только без нашей команды не вылетать. Ну а ты думаешь, что одним-двумя самолётами сможешь пройти на высоте 2000 метров, снять нужные кадры и не быть сбитым мессерами? Там у некоторых получалось пройти, но недалеко. Снять ничего не вышло. Только говорят, что видят подразделения, а чёткой информации нет.
Разворачивать целые дивизии и делать передислокацию войск по всей линии фронта — не шутки. И «показаний наблюдателей» маловато будет. Нужны фотографии.
— Вы же меня и посылаете, чтобы я вам сведения привёз. У меня встречное предложение — надо лететь в плохую погоду, — предложил я.
— Что за бред! Ты какие нам снимки покажешь тогда? Мы ни тени не сможем разобрать, если объекты скрыты, то и контрастность не увидеть, — отмахнулся Кораблёв.
— Правильно. И немцы ведь думают также, — ответил я.
В этот момент Захар Васильевич пригрозил мне пальцем, но сразу же перестал. Мысль ведь я дельную ему предложил.
— Вы лучше меня знаете, как можно скрыть перемещение войск. Ночью лететь и фотографировать само собой ерунда. А вот днём, при низкой облачности, это позволит мне пройти над головами немцев и…