Глава 12 Дознание с каленым железом.
Верхушка заговорщиков была у Гордеева в руках. Далее начиналась рутинная работа. Предстояло допросить всех задержанных. Как показывала практика, добровольно давали показания только десять процентов. К остальным приходилось применять методы убеждения, а проще говоря, пытки. Дмитрий не чувствовал за собой ни какой вины за дальнейшие действия. Попав в жестокое время, надо было ему соответствовать. Иначе тебя сожрут, и не заметят. Причин для применения методов убеждения было более чем достаточно. Обнаружить смуту, мало. Ее необходимо было пресечь в зародыше. Выявить всех участников вплоть до самого последнего холопа, вовлеченного в предательство. И только после этого можно было докладывать князю.
Дознание проходило уже вторые сутки. Кто сразу начал давать показание. На других приходилось слегка надавить. Но все, в конце концов, заговорили, наперебой сдавая друг друга. Каждый пытался представить себя невинной жертвой и клялся в том, что уже вот, вот собирался сам придти и сообщить о заговоре. Из всех задержанных только Колычев и Лучин, упорно молчали. Настало время поговорить с ними с каленым железом. Но вначале Гордеев решил побеседовать с австрийским гостем.
Альбрехт, разодетый в камзол из самой дорогой ткани, вошел в кабинет, где его ожидал Дмитрий, с такой важностью, как будто это он дозволил видеть свою особу, а его не привели двое спецназовцев.
Кивком головы Гордеев отпустил охрану и стал, не стесняясь с интересом рассматривать иностранного шпиона.
- Присаживайтесь,- вежливо предложил он.
- Позвольте узнать,- с нотками недовольства заговорил Альбрехт,- по какому праву эти грязные холопы, схватили меня и притащили сюда?!
- Вас никто не хватал,- заулыбался Гордеев,- вас пригласили для беседы.
Он подошел к австрийцу и, положив ему руки на плечи, заставил сесть на низкую, неудобную табуретку.
- Я непременно вам расскажу о нашем интересе к вашей особе. Но разрешите, сперва представиться.
Гордеев сделал многозначительную паузу, а затем продолжил.
- Я являюсь воеводой тайного приказа и расследую дело о заговоре против князя Галицкого.
Альбрехт слегка напрягся, но продолжал удерживать напыщенный вид.
- Я есть подданный австрийской короны,- гордо проговорил он, стараясь скрыть дрожь в голосе,- и ни к какому заговору не имею отношения…
- Дело в том,- продолжил ласковым голосом Гордеев,- что в порту вы были записаны в книге прибывших, как мелкий торговец и в тоже время, вы задекларировали для ввоза крупную сумму.
- И что же в этом странного?- спросил Альбрехт, вытирая платком выступивший пот.
- Могу ли я узнать, на что пошли эти деньги?