Лисицын отозвался сразу.
– Сергей Александрович, мне командира боевых пловцов нужно срочно переправить в Севастопольский госпиталь. Есть опасность гангрены. Можете помочь?
– Вообще не вопрос. Сейчас высылаю санитарную ступу. Еще что-нибудь?
– Не могли бы вы тоже сюда подлететь? Появилась проблема, которую нам самостоятельно не решить.
– Через пять минут буду.
Две ступы немного крупнее обычных: одна белая, с красными крестами по бокам, вторая серебристая, с более хищным силуэтом, сели на крышу гидроносителя спустя четыре минуты.
Пока капитан-лейтенанта переносили и укладывали в санитарную ступу, Лисицын, получивший часть информации еще в полете, уточнял у него непонятные для себя моменты.
– В каком положении находится буксир?
– Лежит на боку. Песком практически не занесен.
– Характер повреждения?
– Отверстие от взрыва торпеды 53–38 в борту ниже ватерлинии.
– А какой там заряд, не помнишь?
– Триста килограммов тротила.
– И буксир не переломился пополам?
– Нет, насколько мне известно. Писали, что затонул мгновенно.
– Может быть, торпеда была взорвана дистанционно?
– Не может, там контактный взрыватель.
– А если ее подорвали артиллерийским огнем?
– Ночью?
– Ладно, каплей, лечись, дальше мы сами разберемся.
После отлета санитарной ступы Лисицын коротко переговорил с Петровой и попросил ее собрать боевых пловцов.
– Товарищи офицеры, я правильно понял, что бомбить буксир нельзя, а лезть внутрь нежелательно?
– Именно так дело и обстоит, – заявил Тифон, которого Карцев назначил временно исполняющим обязанности командира группы. – Мы в прошлый раз чудом остались живы. Скорее всего потому, что применили несколько неизвестных осьминогам решений. А теперь они уже не будут неожиданными для головоногих.
– Понятно. Значит, надо сделать что-нибудь такое, чего они точно не ждут. Мне нужно посмотреть на этот буксир. Вы можете сделать панорамную съемку?
– Легко. Сейчас Пиранья, – Тифон мотнул головой в сторону старшего лейтенанта Прохорова, – сходит на второй «Малютке» и заснимет. Он у нас маленький, но очень зубастый.
– Пиранья, – Тифон с удивлением посмотрел на старшего лейтенанта, – ты еще здесь?
Когда Прохоров испарился, Ирина Николаевна спросила у Лисицына, как он собирается действовать.
– Все очень просто. Под водой в замкнутом стесненном пространстве осьминог превосходит как людей, так и дельфинов. Людей – потому, что они не могут воспользоваться огнестрельным оружием, а дельфинов – из-за невозможности зайти с разных сторон и хорошенько разогнаться. А что произойдет, если мы выведем водную среду за скобки?
– На воздухе я их двоих в одиночку уделаю, – заявил зловеще осклабившийся Тифон.
– А как вы сможете вынести воду за скобки? – заинтересовалась Петрова. – Или это фигуральное выражение?
– Не совсем фигуральное. На самом деле возможны два пути решения этой проблемы. В первом случае воду мы вообще трогать не будем – просто вынем из нее буксир и перенесем его на берег. А во втором – вытесним воду сжатым воздухом. Лично мне больше нравится первый. Но возможность его реализации зависит от того, сможем ли мы завести под буксир стропы.
– И вы вот так запросто перенесете корабль весом почти в двести тонн на берег? – удивилась Ирина Николаевна.
– Ира… Ничего что я вас буду при ваших подчиненных величать без отчества?
– Называй, Сережа, чего уж там, тут все свои.
– Так вот, Ира, и вы, молодежь, во времена моей молодости вашему покорному слуге довелось переносить Весту. Из главного пояса астероидов, где она прохлаждалась без всякой пользы для человечества, в точку Лагранжа L1. А весил этот астероид в ту пору примерно двести шестьдесят квадриллионов тонн. И ничего, справились. Я там возглавлял швартовую команду.
– В каком звании, если не секрет? – спросил Морской Змей, успевший сложить в уме два и два.
– В сержантском. Нас туда во время учебы на втором курсе направили на производственную практику.
– Мой брат тоже такую практику проходил, – похвасталась Ирина Николаевна. – На «Добрыне Никитиче». Он там возглавлял швартовую команду.
– Знаю, Константин Николаевич рассказывал. Я на «Илье Муромце» тоже ее возглавлял.
– Ты знаком с Костей?
– Не просто знаком. Он у меня был взводным, когда я служил срочную. И дал мне рекомендацию для поступления в Рязанское училище.
Дальнейшая оживленная беседа Петровой с Лисицыным шла на ментальном уровне. И продолжалась до возвращения Пираньи.
Когда Прохоров приволок отснятое видео, все убедились, что первый вариант должен сработать – под носом и кормой имеется вполне достаточное для заведения строп пространство.