А вот немцы еще лет за семьдесят до разработки проекта AMFORA с аналогичной (но более скромной, конечно) задачей справились вполне успешно. Под бывшей рыбацкой деревней Схевенинген, расположенной в пригороде Гааги, они построили подземный город, предназначенный для размещения трех тысяч трехсот солдат СС. Рядом с Гаагой немцами, а точнее пленными под их руководством, было построено много подземных сооружений, в частности бункер для Артура Зейсс-Инкварта, рейхскомиссара Нидерландов. За прошедшие с тех пор сто десять лет все это сильно обветшало, а кое-что вообще пришло в полную негодность. Энтузиасты называли подземную сеть, образованную тоннелями и бункерами, «ниткой жемчуга» и настаивали на ее реставрации для сохранения истории. Но денег на это не нашлось. В некоторых сооружениях музеи все-таки создали, другие засыпали.
В Амстердаме даже с обычными подвалами все обстояло из рук вон плохо – слишком высоко располагались грунтовые воды. Поэтому прятаться жителям Нидерландов оказалось практически некуда. Из семнадцати миллионов жителей Нидерландов осталось в живых всего несколько тысяч человек.
С вооруженными силами Нидерландов тоже все обстояло хуже некуда. От тяжелой бронетехники страна отказалась еще до первого посещения Земли тарелками центаврийцев, несколько десятков бронетранспортеров и боевых машин пехоты сохранилось, но большинство из них было в неработоспособном состоянии, четыре старых фрегата УРО типа «Де Зевен Провинсиен», спущенные на воду в самом начале XXI века, тихо ржавели у причалов. ПВО фактически отсутствовало – два десятка самоходных зенитных установок «Гепард» уже десятки лет находились на хранении. Их никто не удосужился расконсервировать. В связи с этим вооруженные силы страны не смогли оказать пришельцам вообще никакого сопротивления.
В Бельгии дело обстояло чуть лучше. Под Антверпеном и Брюсселем располагались мощные системы канализационных коллекторов, Бельгийские Арденны – небольшие горушки в Валлонии, были изрезаны многочисленными карстовыми пещерами. В некоторых из них были оборудованы винные погреба, в другие водили экскурсии. Имелась там даже подземная река Рубикон, длина которой составляла целый километр.
Кое-какие сооружения сохранились под землей со Второй мировой войны, а один бункер (под центральной площадью Вейтсхата) еще со времен Первой мировой. В общем, если бы хоть кто-нибудь озаботился безопасностью населения, спаслись бы многие. Но этого не случилось.
Армии у Бельгии к этому времени уже почитай и не было. Причем уже давно. Пять тысяч человек – это не армия, а в лучшем случае бригада. А вот кое-какой огнестрел у отдельных представителей страны, когда-то давно бывшей одной из мировых оружейных кузниц, сохранился. Начиная со слонобоев, из которых можно безопасно стрелять, лишь уперев приклад в дерево, до крупнокалиберного пулемета FN BRG-15, имеющего калибр в пятнадцать с половиной миллиметров. Весит эта дура без станка аж шестьдесят килограммов, а ее бронебойные подкалиберные патроны с вольфрамовыми сердечниками легко и непринужденно пробивали корпус центаврского блюдца. Да что там блюдце! Пули, выпущенные из этого монстра, прошивали трехсантиметровую броню на расстоянии в километр. К сожалению, в Бельгии их было очень мало, потому что этот пулемет так и не поступил в серийное производство. Наверно, даже меньше, чем слонобоев. Тем не менее несколько блюдец бельгийские стрелки все-таки умудрились расколошматить.
Конечный результат оказался примерно на уровне нидерландского. Из одиннадцатимиллионного населения Бельгии уцелело всего восемнадцать тысяч человек.
Да, там рядом был еще Люксембург. Крошечная страна с населением в полмиллиона человек. Честно говоря, очень небедным населением, которое могло себе позволить не только банковские хранилища для «казны» Европейского Союза, но и индивидуальные бункеры. А еще в этом мини-государстве имелось множество подземных сооружений, первые двадцать три километра которых были построены Вобаном еще в 1644 году. В XVIII веке тоннели стали многоуровневыми. Ко второй половине XIX века это уже была полноценная крепость. Потом, правда, большая часть сооружений была демонтирована или замурована, но после первого налета центаврийцев укрепления были снова приведены в порядок и в дальнейшем послужили убежищем для очень многих жителей столицы.