Игорь помог ему перебраться с каталки на кровать, объяснил назначение приборов и приспособлений, выдал несколько тюбиков с диетическим питанием, предупредив, чтобы Робинзон не частил с их употреблением, и ушел по своим делам.
Оставшись в одиночестве, Робинзон, подивившись оригинальной упаковке пищи, первым делом выдавил в рот один из тюбиков. Еда оказалась вкусной. Потом вволю напился воды, наливая ее в мягкий тонкостенный стакан из кулера (тоже новые понятия). И прилег на кровать, чтобы не торопясь обдумать все, что с ним случилось после прихода в сознание, но почти сразу уснул.
– Уснул, – констатировал Кот, отвернувшись от экрана, на который выводилась картинка с камеры наблюдения. – Зачем он тебе понадобился? У нас уже есть парочка экземпляров – тупые биороботы, запрограммированные на уничтожение.
– Этот отличается. Он самостоятельно ломанул программу. Умеет думать, делать выводы, хорошо соображает и быстро учится. Все схватывает буквально на лету. Полагаю, что он нам пригодится не только в качестве ценного источника информации, но и как толковый сотрудник. Я с ним недельку поработаю: научу читать, писать, пользоваться оргтехникой и говорить по-русски. А потом уже определимся, как его лучше использовать.
Глава 11
Планетарная зачистка
Использование роя позволяло космодесантникам действовать более эффективно и многократно снижало их потери. Одно дело вести слепой поиск, ориентируясь только на телепатическое «чутье», и совсем другое – зная заранее, где и кто тебя ждет. Поэтому впереди космодесантных ступ мчались десятки тысяч миниатюрных летающих особей, не превышающих по размеру пчелу. Их сообщество обладало искусственным интеллектом и решало те же задачи, которые ранее выполняли разведывательные самолеты, а несколько десятилетий назад стали доступны и квадрокоптерам. МЁханические «пчелки» не кусались. Они лишь обнаруживали цели и отправляли информацию о них оператору, а он сбрасывал ее космодесантнику, пилотирующему ближайшую ступу. Потом ведущий пары ликвидировал цель, а ведомый прикрывал его сверху. Особенно в тех случаях, когда тому требовалось покинуть ступу и передвигаться на своих двоих.
Космодесантники второго корпуса КДВ Российского Союза зачищали от центаврийцев острова Атлантического архипелага: Великобританию, Ирландию, Англси, Мэн, Уайт, Арран, группы более мелких Гебридских, Оркнейских и Шетландских островов. Это была уже вторая зачистка архипелага – первую вполне успешно провели сами центаврийцы, перестреляв и вырезав подавляющую часть коренного населения. Не всех, разумеется. Король Вильгельм Пятый с женой Кейт Миддлтон, принцами Джорджем и Луи, а также принцессой Шарлоттой, скрывшиеся в подземном бункере под Букингемским дворцом, остались целыми и невредимыми. Уцелело и большинство лордов, высшее руководство армии, флота и спецслужб. Этим всем было куда прятаться. А для остальных таких мест почти не нашлось. Теперь уже нельзя было сказать, что у короля много. Мало у него осталось, очень мало. Количество подданных теперь исчислялось даже не сотнями, а десятками тысяч. Заодно и проблема мигрантов была решена. Причем кардинально. Улицы Лондона обезлюдели: трупы, трупы, трупы. Они лежали везде: на улицах и в квартирах, в скверах, парках, дворах, плавали в Темзе. Страшное зрелище. И не менее кошмарное амбре. Дни стояли жаркие, и усеянные мухами трупы уже вовсю разлагались. Такого космодесантники не видели даже в странах континентальной Европы.
Ненамного лучше дела обстояли и в соседней Ирландии. Там уцелело всего два процента населения.
А хуже всего – в Австралии, которую зачищали от пришельцев китайские десантники. Там даже кенгуру очень мало осталось. Австралийцы вообще не готовились ни к отражению атаки центаврийцев, ни к укрытию от нее населения. Теперь китайцы строили далеко идущие планы по заселению опустевшего материка.
Китаю было проще, чем остальным. Он находился между четырьмя странами Десятки: Российским Союзом, Кореей, Вьетнамом и Большой Индией, поэтому не был прикрыт только с запада. Да и армия у него была самая большая на планете. Жертвы и разрушения, разумеется, имелись и в Китае. Слишком много тяжелой керамики сыпалось на дома, мосты, виадуки. А некоторая еще и стрелять пыталась. В нее тоже стреляли, но не всегда попадали. Попасть из чего-нибудь скорострельного и крупнокалиберного в многоэтажный дом куда проще, чем в гарцующее на его фоне блюдце. Дружественный огонь тоже никто не отменял. Но разрушений в масштабах огромной страны было не слишком много, а количество жертв на земле не превысило даже нескольких сотых процента от полуторамиллиардного населения. Их было даже меньше, чем погибло в космосе.