– Мне нравится это предложение. Я правильно понимаю, что Семен тоже войдет в вашу команду?
– Конечно. И не только он. Я еще и Костю хочу привлечь.
– Неслабо ты губу раскатал. Ладно, даю добро. Овчинка стоит выделки. Свяжись со мной еще раз вечером.
Закончив разговор, Петров дал Сократу команду срочно вызвать Новикова в оперативный зал Весты.
– Петр Николаевич, – обратился он к возникшему на пороге зала Новикову, – у тебя кто сейчас «под парами»?
– «Ленинград». Пару часов как заступил на дежурство.
– В темпе сгоняй его к Юпитеру. Появилась наводка, что центаврские авианосцы где-то там болтаются. Только пусть аккуратно действует, чтобы его не обнаружили. И сам ничего не предпринимает, тихонечко дожидается эскадру. Нельзя их спугнуть.
– Разрешите выполнять?
– Конечно! Я же сказал: в темпе. А потом, уже не торопясь, приводи остальных в боевую готовность, пусть забивают накопители «по самую пробку».
– Всю эскадру будем задействовать? – уточнил Новиков, когда отдал необходимые распоряжения.
– Нет. Один крейсер оставишь тут на дежурстве. Вчетвером с тремя справитесь. Тем более что одного из них будешь брать на абордаж.
– Стреножив?
– Нет, целеньким. Кот собирается перехватить управление. Как только убедимся, что «птички» в клетке, сгоняешь на «России» к Земле, заберешь команду Кота.
Следующим на очереди был Соловьев:
– Здравствуй, Алексей, как у вас с Англией обстоит?
– Уже заканчиваем, Николай Александрович.
– Без Кости закончите?
– Вообще не вопрос. Надолго он нужен?
– На пару дней, максимум на три.
– Тогда вообще никаких проблем. Куда его командировать?
– В Москву. Передай ему, чтобы там с Котом связался.
– С каким еще котом?
– Ты его не знаешь. Просто передай мои слова.
– Когда отправлять?
– Вчера! Не тормози, Алексей, дело срочное. И пусть с собой пару толковых ребят возьмет. Там абордаж намечается.
– В Москве?
– В космосе. Алексей, ты вообще в адеквате?
– Извините, Николай Александрович, действительно туплю – третьи сутки на ногах.
– Это ты мне брось! Отправишь Костю, и сразу в койку. Передашь своим, что я запретил тебя будить сутки. Пусть сами покрутятся.
Соловьев вышел на связь с командиром второго корпуса:
– Леха, бери двух бойцов потолковее и дуй в Москву. Твой батька сказал, чтобы ты там с каким-то котом связался. Полетишь в космос проводить абордаж. Это на два, максимум три дня. За себя оставишь Куприянова, приказ я уже подписал. Что хоть за кот такой?
– А, ты его не знаешь. Мощный котище. Порадовал ты меня, думал за всю войну так и не проведу ни единого абордажа. Мы ведь с тобой космодесантники, или где?
– Или куда! Двигай давай, Николай Александрович сказал, что дело срочное. А я баиньки.
– Тоже дело! Начальство спит – служба идет. Вернусь – все расскажу и объясню.
Константин вызвал своего заместителя – начальника штаба второго корпуса КДВ и поставил перед фактом, что оставляет его на хозяйстве старшим, а сам с Батуевым и Кошкиным вылетает в Москву на штабном носителе, который потом пришлет обратно. Командировка на трое суток.
Алексей Викторович большого восторга от этого назначения не испытал – прибавилось не только работы, но и ответственности. Тем не менее это все-таки было пусть и временное, но повышение. Которое, если он не допустит серьезных просчетов за время исполнения обязанностей вышестоящего начальства, могло способствовать дальнейшим карьерным продвижениям. Ни для кого не было секретом, что после окончания военных действий последует демобилизация и корпуса вернутся к дивизионным штатам. Поэтому Куприянов воспринял временное назначение стоически, пообещав Петрову сделать все, что потребуется.
– Нам потребуется усилитель сигнала, – заявил Кот Константину, когда они поздоровались и спустились в лабораторию. – Вот, познакомься с Катей, которая возглавляла его разработку и полетит с нами, чтобы контролировать действие устройства.
Екатерина Андреевна – невысокая фигуристая шатенка, с задорным носиком и короткой стрижкой «под мальчика», на первый взгляд казалась совсем юной, но по едва уловимым морщинкам вокруг внимательных серых глаз и нескольким другим, заметным лишь для опытного физиономиста признакам Константин понял, что она уже давно разменяла третий десяток. А еще он с ходу определил, что имеет дело с очень сильным эмпатом. Телепатические способности тоже имелись, но не слишком развитые. Поэтому было совсем не удивительно, что она занялась разработкой усилителя.