Светотехника и давала мне возможность делать изделия для освещения. Сами световоды мне напоминали оптоволокно, но были более толстые. Изготавливались из желтого кварцевого песка, месторождение которого у меня во владении есть. Не очень большие запасы, но есть. Причем нужен был именно такой тип. Так-то кварцевый песок нифига не желтого цвета, но тут требуется именно он. Честно говоря, даже не знал, что он бывает желтым. Точнее и сейчас думаю, что не бывает, но я не на Земле.
Генератор представлял собой устройство, похожее на бочку, которое генерировало пучки света. Высотой пять метров и диаметром один метр. Вот только в качестве топлива требовались нефтяные стержни из месторождения не ниже четвертого. Как хорошо, что у меня оно тоже есть. Рецепт для производства нефтяных стержней тоже прилагался. Нужна будет ректификационная колонна, только более высокая и более узкая, чем я привык их видеть. И стержни получались в нижней её части, после перегонки нефти нужного качества.
Я же смотрел на сам генератор и думал. Чтобы получить свет в генераторе, кроме нефтяных стержней в нем использовались рубины. У меня они были, хотя мы их и не добывали, у меня месторождения драгоценных камней не было вообще. Но я знал, что рубины нужны для лазеров и, когда представился случай, купил их не очень дорого. И вот я смотрю на схему этого генератора и думаю, не выйдет ли дальше получить с помощью всего этого лазер. Впрочем, уверенности у меня не было. Я смотрел на схему генератора и не понимал, как тут рождается свет. Нефтяной стержень нужно поджечь, это понятно. Только откуда тут возьмется свет, которого хватит на освещение города. Я не уверен, что нефть горит ярко. А тут еще и потери будут в световодах.
- А лазер в качестве развития этой технологии нельзя получить? – спросил я наугад. Библиотекарь посмотрел на меня и ничего не ответил. Что ж, ответа на этот вопрос я и не ждал. Просто надеялся.
Рынок в Столице продолжало лихорадить. Количество торговых заявок по населению достигло трехсот миллионов. Честно говоря, я думал, что их с каждым годом будет все меньше и меньше, но нет. Число только выросло. Цена снизилась до одного-двух коку за человека в зависимости от жадности продавцов, но и по такой цене особо не покупали. Тем более, что заявки стали обезличенными. Я не покупал, у меня не хватало места для полей при нынешнем населении в 760 тысяч. Наша запасы теперь росли на 15% от потребления в полгода, но я считал, что этого очень мало для покупки. Один-два неурожая и все. Мы начнем голодать. Я не верил, что мне будет всегда везти, как на последнем балу. Администрация еще что-нибудь придумает, к чему я могу оказаться не готов.
Военную подготовку прошло почти пятьсот тысяч, но это не войско для нападения, это только для обороны, если на нас нападет враг. Для ведения наступательных войн у меня пока было только сто тысяч, которые я планировал использовать.
После переселения части людей в подземный город и освобождения территорий на поверхности можно будет подумать над дальнейшим увеличением численности, но не сейчас. Я вздохнул, пора возвращаться к себе. Снова трястись в седле.
Документы по светотехнике я отдал новому отделу, который расположился возле нефтяного терминала. Пусть занимаются сами, от меня тут уже ничего не требуется.
* * *
К концу года меня пригласили на испытания стержней для светового генератора. Откровенно говоря, ничего особенного я не ожидал. Что там может быть интересного.
Тем более меня удивили черные стекла моих испытателей, которыми и мне предложили воспользоваться. Пока я с недоумением разглядывал совершенно непрозрачное черное стекло, испытатели подготовили свечу толщиной примерно миллиметра три и высотой буквально с миллиметр. Её поставили на подставку, которую отнесли от нас метров на десять.
- Вы готовы, владетель? – спросили испытатели, готовясь поджечь свечу. – Мы зажигаем?
- Вот это вот? – удивленно спросил я, показывая на черную фигню. Этим они меня думали удивить? Да она прогорит быстрее, чем я стекло подниму. – Поджигайте, - махнул я, но на всякий случай поднес к лицу стекло.
Сука, я от неожиданности сильно зажмурился и упал на землю, отбрасывая стекло и зажимая глаза руками. Свет полыхнул такой яркий, что даже стекло не помогло, через него просто полыхнуло сверхновой. Слезы хлынули из глаз, ничего кроме света не было. Я когда-то на сварку смотрел, так вот ничего и близко не было. Сварка яркая? Нифига, это просто тусклый огонек где-то далеко, по сравнению с яркостью этой черной миллипиписьки.