Сегодня Топчик снова попытался повторить свой вчерашний успех, но на этот раз мы подготовились. Пока враг разгонялся, терции быстро собрались и вбили щиты в землю, выставив более длинные копья навстречу. Арбалетчики частично втянулись внутрь построения, частично оттянулись назад. Сегодняшней задачей я видел добраться до пушек. Несмотря на нашу подготовку, первую линию терций все равно захлестнула пехота противника и похоронила под собой. Их банально было гораздо больше. Впрочем, вторая линия выстояла и успешно отбивалась, медленно продвигаясь вперед. Особо сильных воинов противника убивали из арбалетов. Иногда и нам доставалось, когда особо удачливое ядро влетало в построение, раня и убивая десяток солдат.
Хорошо, что в этой игре только два состояния: ранен или убит. И раненых мы поставим в строй в любом случае. Даже если ему оторвало руку или ногу, мы его вылечим. Наши раненые тоже отступали в тыл. Идти им было дольше, делали они это медленно. И тут я увидел, как с правой стороны холма показался небольшой отряд кавалерии Топчика. Я наблюдал за ними, не понимая, куда они собираются ударить. Кавалерия обошла нашу передовую линию по широкой дуге и вышла на центр поля боя, которое было пустым. Только сейчас я обратил внимания, что пушки больше не стреляют. Меня охватило беспокойство. И не зря. Эти гамадрилы начали убивать моих раненых. Моих раненых.
- Убейте этих тварей, - я едва сдерживал ярость. – Кавалерия, прикройте наших раненых. Штурмовики, рассыпным строем на левый фланг. Передайте терциям, пусть усилят нажим и пробьют брешь в обороне для штурмовиков. Штурмовики, постарайтесь взять владетеля живым. И пушки захватите, - крикнул я уже вдогонку.
Глядя, как серые фигурки бегут по полю боя, а кавалерия начинает гонять противника, я перевел взгляд на сражение.
- Отправьте еще одну терцию в атаку, - приказал я.
Из-за холодной ярости, охватившей меня, мозг перешел в режим компьютера, тщательно просчитывая каждый ход. Теперь я смотрел на поле боя словно сверху и видел все детали, которые не замечал ранее. Углы установки пушек, высота, на которой расположилась пехота Топчика. Я даже ядра стал видеть. Я посмотрел, как мои терции схлестнулись в центре с копейщиками Топчика. Мозг автоматически оценил доспехи моих пехотинцев, доспехи противника, длину копий обеих армий, отметил насыщенность участка арбалетчиками. И выдал однозначную победу моих сил. Однако, можно и приблизить победу.
- Еще одна терция в атаку на левый фланг, - приказал я. – Мышата пусть нанесут удар справа и блокируют контратаку сил Топчика.
Тем временем мои штурмовики добрались до поля боя. Из-за рассыпного строя, пушки по ним не стреляли. Они вообще прекратили огонь. Как я потом выяснил, у них банально закончились ядра, запас был не очень большой. Конные арбалетчики водили карусель вокруг холма, нанося беспокоящие уколы. Терции медленно, но верно давили пехоту противника. Все резервы Топчик уже ввел в сражение, и когда успел, тварь еб... тихо, Генрих, тихо. И до него доберемся.
Мозг автоматически отметил, что на левом фланге произошел прорыв, хотя штурмовики были сосредоточены между центром и левым флангом. И пусть.
- Отправьте отряд кавалерии, пусть расширят прорыв, - указал я на брешь в обороне левого фланга. – И половина штурмовиков пусть туда отправляется, - я осмотрел поле боя, отмечая недостаток войск по правому флангу. – Вся кавалерия в атаку по фронту. Пусть помогут нашей пехоте.
Сражение длилось еще несколько часов. Враг никак не хотел сдаваться. Топчик обнаружился в ставке возле пушек. Его охраняли лучшие воины, но они были не чета моим штурмовикам. Буквально десять минут, как штурмовики добрались до ставки, и сражение затихает.
Я вздохнул и пошел по полю в сторону холма. Я достиг подножия, когда мне под ноги бросили Топчика. Некоторое время я смотрел на поверженного врага, вновь закипая.
- Ты убил моих раненых солдат, которые шли в тыл, - зло сказал я.
- Это всего лишь юниты, - равнодушно ответил игрок.
- Это были мои юниты. Причем, раненые. И ты их убил, - кипя от ярости прошипел я.
- И что?
- Отрубите ему руку, - приказал я, внезапно полностью успокоившись.
- Ты не сделаешь это, - побледнел Топчик. – Это же просто шутка, да?
- Какую? – негромко спросил один из штурмовиков, что стоял рядом.
- Любую, - махнул я равнодушно рукой.
Штурмовик молча махнул мечом и окрестности огласил вопль. Некоторое время я слушал эти крики, так же равнодушно отмечая изменение тональности и громкости. Когда мне показалось, что крики как-то стали совсем негромкими, я посмотрел на штурмовика и указал взглядом на вторую руку. Окрестности огласил новый вопль.