– Сколько ты тут уже? – Сульфик поднял голову.
– Я со старта игры, чуть меньше года. И признаться мне немного надоело.
– А у кого самое большое население? Есть такой рейтинг? – с интересом спросил я.
– Вообще, есть. Все рейтинги публикуются раз в год, вроде должен приходить специальный журнал. Только со старта игры год еще не прошел. А так у меня большое население по местным меркам, – после небольшой паузы протянул Сармат. – Ну, и у тех, кто на старте сумели прикупить хотя бы по несколько человек. Таких вряд ли больше сотни человек. А у меня 46 жителей. Я точно в первой сотне должен быть.
– А всего тут владетелей.
– Всего примерно 5000 игроков должно быть. Мне так сказали. С вашего позволения я буду их так называть. Как-то до владетелей они не очень дотягивают. А если по-честному, то большинство просто быдло. Хорошо еще, что обычные деревни не могут воевать между собой. Только города. Или большие деревни. Но тут еще ни одной войны не было.
– Пичалька, – протянул я, пытаясь в уме посчитать прирост населения. – Это получается, что не ранее чем лет через триста можно будет просто задумываться об империи.
– Через триста об империи? Ты хотел сказать, только о малой деревне? Это примерно четыреста жителей. Есть отдельная кузница, мастерская плотника и ограда вокруг. И какая-нибудь военная структура, типа казармы.
Раздался храп. Мы с Сарматом посмотрели на Сульфика. Он спал прямо за столом.
– До завтра, – усмехнулся Сармат и поднялся. – Я так понимаю, что мы все едем в Столицу. Завтра на рассвете и встретимся, – он повернулся к спутнице, – пошли.
Комната оказалась обычной. Простая кровать, соломенный матрас, шерстяное одеяло. Стол, стул и свеча. Рассказ Сармата заставил меня задуматься. Если поначалу все это воспринималось как-то отстраненно, то только теперь я подумал, глядя на Сульфика и Сармата, что провести здесь вечность в мои планы не входит. Даже не так. ВЕЧНОСТЬ. Нужно будет посетить глашатая и узнать про все эти задания. Размышляя, я не заметил, как уснул.
На рассвете мы покинули таверну и поехали по дороге в Столицу. Спутница Сармата ехала позади него на расстоянии трех корпусов лошади, а мы ехали в ряд.
– Все удивляюсь, почему эти дороги асфальтированные, – начал я разговор.
– Это сделали просто так. Потому что так захотелось. Причем нужно заметить, что это не асфальт. Я не знаю, что это за покрытие, – ответил Сармат.
– А я поначалу подумал, что меня пытаются разыграть.
– Я тоже сперва так решил. Но ты можешь придумать каток, асфальт и сделать подобные дороги у себя.
– Боюсь ничего не получиться. Я не знаю, из чего делают асфальт, – я скорчил мину, - вроде бы это отходы какого-то производства, но я точно не знаю.
– Тут в качестве владетелей обычные люди, – вступил в разговор Сульфик, – со своими обычными знаниями. Хорошо, если попадется инженер-строитель или ученый. А так… я простой бухгалтер… был… там, у себя. Я умею считать, и не более. Так вот только через лет 400 население достигнет примерно 400 человек. Это при том, что рождаемость будет по 3-4 ребенка на семью. А ведь их всех нужно еще кормить, одевать, им всем нужно найти работу. Поэтому у меня население сейчас около 20 человек и больше мне и не нужно. Я уже понял, что мне не светит победа.
– Не стоит терять надежду, – Сармат сочувственно посмотрел на Сульфика. – У меня уже 46 человек и я планирую увеличивать население постоянно.
– А тут можно заключать союзы? – спросил я, а сам подумал, что рождаемость в 3-4 ребенка на семью, это очень мало. Можно и по 10 ведь. В древности семьи были большие.
– Можно. Только от них не так много толку. Населения мало, войн нет, смысл в союзах. Сейчас в основном торговля пытается развиваться. Пытается, потому что и она в зачаточном состоянии. У всех много еды на продажу, а покупать ее некому. Народу нужен камень, железо, дерево. Эти товары в цене. Технологий на продажу почти нет. Я каждый месяц езжу в Столицу.
– Технологии, – протянул я. – Если честно, то я бы не стал их продавать, если бы они у меня были.
– Иногда, очень нужны деньги, – задумчиво посмотрел на меня Сармат. – И кроме того, нет смысла держать некоторые технологии. Если ты создашь гаубицу, то об этом в течение года станет известно всем грамотным игрокам. А еще через несколько лет об этом могут узнать даже самые тупые. Это подстегнет гонку вооружений. И если никто не создаст ничего подобного, то можно получить в какой-то момент войну на несколько фронтов. Десятки, может даже сотни игроков объединятся и просто раздавят тебя числом. И никакая гаубица не спасет. При этом, если подобная технология известна многим, то при массовой войне про тебя могут даже и не вспомнить. И более того, только автор технологии может ее продавать. Если ты купил технологию и сделал по ней гаубицу, то продать ее ты не сможешь. Если ты тоже хочешь продавать гаубицы, то тебе придется делать ее самому. Это получится, как два разных игрока изобрели гаубицы. И независимо друг от друга их продают.