Утром она принесла «план А» вместе с халатом на квартиру Ренаты, которая, как обычно, вовремя вернула документы на место. Сосновский немедленно отправил в Варшаву курьера, который отвёз семьдесят страниц плана.
Сосновский: «Через несколько дней в Берлин приехал один из моих начальников. По его словам, в Варшаве не могут понять, каким образом вообще женщина получила доступ к документам такой важности. В польском Генштабе считают, что в германском военном министерстве положили в сейф фальшивку. Я попытался переубедить его и напомнил, что раньше Рената фон Натцмер приносила только подлинные материалы, поэтому нет никаких оснований считать „план А“ дезинформацией».
Срочно прибывший высокопоставленный офицер польской разведки захотел лично встретиться с Ренатой и забрать с собой фотокопии оставшихся ста тридцати страниц плана. Но он предложил ей только 12000 марок, и Рената, по совету Сосновского, не согласилась на такую сумму. После этого поляк уехал домой ни с чем, пообещав договориться об увеличении суммы.
В Берлине держать эти документы было небезопасно, поэтому Бенита в ноябре 1929 года абонировала сейф в одном из цюрихских банков. Она выдала доверенность на пользование им фрау Рунге, которая и перевезла негативы и копии в Швейцарию. Спустя несколько месяцев Сосновский и Бенита вместе отправились в Цюрих. Сюда же из Варшавы для изучения полученного плана прибыли двое военных экспертов.
Пока они занимались документами, Бенита, сидевшая в соседней комнате, подслушивала их разговор, но она не знала польского языка, поэтому ничего не поняла. Сосновский сказал ей, что, по мнению экспертов, похищенные документы — только фрагменты плана и нужно попробовать достать дополнительные материалы. В итоге Ренате не заплатили вообще ничего, а Бенита позднее утверждала, что Сосновский продал «план А» разведкам третьих стран за 60000 марок.
В действительности же в декабре 1932 года Сосновский переслал в Варшаву полную копию плана оперативного сосредоточения германских войск и вообще не потребовал за него вознаграждения. Но польская разведка даже после детального изучения сочла его дезинформацией, и он просто-напросто был отправлен в архив.
В начале 1930 года Сосновский снизил жалованье Ренаты фон Натцмер с 800 до 500 марок в месяц. Но она вместе с Бенитой довольно быстро нашла способ компенсировать эту потерю. Обе дамы сообщили ротмистру, что завербовали ещё двух сотрудниц 6-й инспекции — Лотти фон Леммель и Изабеллу фон Лаумер, и за это получили прибавку 400 марок в месяц. Кроме того, чтобы не баловать Сосновского, практичная Бенита запретила своей подруге передавать ему большое количество секретных документов сразу.
Однажды Рената выкрала особо секретные документы, носившие кодовое название «Кама». Они однозначно свидетельствовали о наличии между Германией и Советским Союзом секретного договора о сотрудничестве в военной области. В соответствии с этим соглашением германское военное министерство открыло в 1926 году в Липецке секретные курсы по подготовке лётчиков и танкистов. На них вплоть до конца 1933 года проходили обучение многие будущие асы люфтваффе и офицеры танковых войск, в том числе и сам Гейнц Гудериан. Советская Россия предоставила полигон и макеты танков. В Липецке немцы получили возможность провести испытания разработанных на германских заводах новых образцов боевых самолётов и танков. Это позволило рейхсверу относительно спокойно, вдали от глаз и ушей западных разведок, готовиться к открытому нарушению условий Версальского договора. В свою очередь, многие советские военачальники, в том числе и будущий маршал Жуков, прошли специальную подготовку в военных учебных заведениях Германии.
Сначала Сосновский отнёсся к этим данным с большим подозрением, но подробный рассказ Ренаты изменил его точку зрения. Вскоре данные польской разведки, полученные путём тайного прослушивания разговоров советских военачальников, подтвердили наличие такого рода соглашений между СССР и Германией.
В середине 1930 года в руки Ренаты попадают некоторые важные документы из IV отдела, они должны были быть уничтожены. Ей удалось тайно «спасти» полсотни из них, но, наученная Бенитой, она не спешила передать их Сосновскому. Рената и Бенита договорились, что эти документы будут передаваться ему частями от якобы новых агентов — Лотти фон Леммель и Изабеллы фон Лаумер.