— Вы правы, — Даану сложила руки на груди, — если мы их не задержим, они разграбят поезд до прибытия ВСБ и уберутся восвояси.
Локи прошиб холодный пот.
— Мы можем как-нибудь помочь, старший лейтенант Реймар? Хоть на этот раз?
— Чем быстрее мы найдем телефон, тем быстрее придет помощь. — смягчился Реймар.
— Я могу их отвлечь, — предложила Даану. — Если отдадите духовник.
— Угу, и сбежать к своим дружкам, — буркнул Гиафа. — Хель тебе соратница.
— Я могу последить за ней, — сказал Ки Иогма, срывая травинку, и пялясь на голые ноги сварты. — Люблю компании красивых девчонок. — Даану сделала вид, что ничего не услышала.
— Нет. Мы идем на юг и никаких отговорок. Со станции попрошу вызвать подмогу. — отрезал Реймар, и на этот раз Локи решила не возражать. — Нельзя спасти всех. Это я говорю как солдат. Так не бывает, Локи-ас. Иногда нужно отступить, выждать, изучить, если силы не равны.
Он был прав. Они ничего не смогут сделать, потому что они всего лишь дети. Каге ранен, Локи истощена, Ки Иогма вообще не варден, а Даану они не доверяют. Да, Мисте нет нужды держать в заложниках поезд, но все же пассажиры… она помнила их перепуганные глаза.
Гиафа чуть отошел в сторону, и Локи заметила, как вспыхнула печать на катане.
— Ямата-но-Орочи не один дух, а девять духов в одном. Надеюсь, Четвертый отвлечет их на некоторое время. — пробормотал он смущенно, заметив, как Локи на него смотрит.
— Спасибо, Каге, — улыбнулась она. — Я… спасибо. Прости, что наорала тогда.
— Не надо благодарностей, — он устало вздохнул, — я ничего особенного не сделал.
— Каждый делает то, что в его силах. Даже если силы и невелики. Старший лейтенант прав.
— И все же мы слишком слабы. Нужно тренироваться, чтобы открывать Утгард подольше…
— Слабы?.. — Локи вдруг поняла, что вот-вот разревется. Отчего-то слово это кольнуло сердце. — А если я так и останусь маленькой и слабой? Я не очень хороший боец — ростом не вышла, знаю, но…
— Эй, ты чего? — Каге вдруг изменился в лице — это был испуг. Искренний, какой-то детский страх.
— Если по моей вине страдают люди, если я не могу спасти их, то зачем вообще быть варденом?
— Думаешь, я знаю ответ? — он беспомощно улыбнулся уголками губ. — Я — Гиафа, сын своего отца, трусливая, лживая тварь.
Локи отшатнулась и поняла, что Каге переживает не меньше нее, что он тоже не хотел оставлять поезд, но при этом не ноет и не жалеет себя. Она привстала на цыпочки и тихо ответила, чтобы никто не услышал.
— Нет. Ты — не твой отец. Ты Кагерасу Гиафа, сын Ран Гиафы. И уж конечно не трус и не лжец.
— Эй, голубки, не отставайте! — крикнул Ки Иогма, размахивая руками: они отошли уже довольно далеко.
Локи молча развернулась, оставляя Гиафу переваривать высказанное, и закусила губу от досады. Она злилась, но уже скорее на себя, чем на него или на Реймара. Хватит ныть и размякать. Как там говорила Скай? Если уж решил залезть в ведьминскую хижину, то не жди, что тебя пожалеют и дадут поблажку. Либо играй по взрослым правилам, становись сильнее и умнее, либо сдайся и позволь ведьмам тобой закусить.
========== Глава 9. Семейный портрет. ==========
Срединные Земли всегда называли Свободными не только потому, что никакой централизованной власти там отродясь не было, но и оттого, что эту страну отделала от Утгарда грань настолько тонкая, что духи свободно проходили и жили рядом с людьми. Церковь Девяти называла Срединные Земли Колодцем Духов и часто отправляла паломников именно на Западную равнину, к развалинам Времен Года — четырем крепостям, которые смотрели на стороны света и соответствовали, как и полагается из названия, времени года, природному элементу и стороне света. Так на север смотрела Зимняя Крепость, вода, на запад — Весенняя Крепость, земля; на юг — Летняя Крепость, огонь, а востоку осталась Осенняя крепость — воздух. В центре стоял Колодец Духов — единственный видимый глазу известный ученым разлом в Утгард. Место непредсказуемое и опасное, но стратегически важное. Многие ярлы древнего Ванхейма дрались за этот клочок земли. Так дрались, что в итоге перебили друг дружку, измельчали и исчезли, уступив первенство кланам Муспе. Четыреста двадцать лет назад Осеннюю крепость разрушила Миробель Жемчужный Дракон, чтобы не допустить к Колодцу генерала Лу Менга, одного из аристократов Муспе, претендующего на господство в Срединных землях. Айра Блосфельд и Аска-из-тени обрушили перекрытия, чудом не погибнув. Локи читала, что до сих пор пять статуй, поставленные Церковью Девяти — Миробель Жемчужный Дракон, Айра Блосфельд и ее брат Киаран Сокол, Мэй Мэнг Искусная и отступник Аска-из-тени преграждают путь тому, кто посмеет использовать Колодец для выгоды.
Телефона на станции не оказалась, как, впрочем, и самой станции, которая представляла собой небольшой, заросший травой асфальтовый прямоугольник с муравейником в углу. Указатели ветвились на два пути: деревенька Херн на восток и Лейк-таун на юг. Решено было зайти в деревню, купить еды, переночевать и найти машину или другой способ связаться с полковником. От станции они шли четыре часа по дороге, кое-как покрытой щебнем. Иногда, будто смущаясь, она зарастала зеленью и ныряла в песчаные овраги, превращаясь в болотистую тропку, отдающую гнилой травой и глиной. Перекусив остатками бутербродов, пачкой соленого печенья и водой из колонки, они усердно переставляли ноги, потому что, чем быстрее придут, тем быстрее все это нежданное путешествие закончится.
Смотря, как солнце нехотя заволакивают тучи, Локи запнулась. И виной тому была не перемешанная колесами грузовика грязь, застывшая в агонии, а осознание того, что она почти дома. Ветер стих. Резко похолодало, как бывает только весной, когда земля все еще отдает накопленный за зиму холод. Кутаясь в гиафовскую рубашку, Ангейя слушала пташек, которые дерзко защищая гнезда, выскакивали прямо перед путниками и исчезали в высокой траве, громко хлопая крыльями.
С трудом выбираясь из очередного оврага, они с облегчением заметили вспыхивающие недалеко огоньки. Дорога плавно упиралась в низкие плотные домишки, покосившиеся заборы, амбары и огороды. Псы, чуя чужаков, громко залаяли, так что появление десятка крепких, плотно сбитых мужчин, вооруженных ружьями, карабинами и лопатами, никого не удивило. Высокий старик в надвинутой на затылок кепке вонзил в землю лопату прямо перед старинным дорожным столпом, отделяющим Херн от остального мира.
— Кто такие и зачем крадетесь? — спросил он.
— Держим путь в Лейк-таун, но наш поезд задержался, так что пришлось продолжить путь пешком. — спокойно ответил Реймар. — Хотим найти место, где можно переночевать, поесть и позвонить.
— Позвонить, предположим, есть, где. Но гостиниц в деревне нет, а чужаков брать под крышу никто не будет.
— Мы заплатим.
— Отчего-то вы, столичные, думаете, что все можете купить! — вспылил высокий носатый парень, угрожающе сжимая в руках кирку.
— Остынь, Маршал, — одернул его старик. Похож он был на горняка, но выправка солдатская и голос командный.
— Прошу вас, — Реймар понизил голос, — это же дети.
— Дети, — проворчал старик уже не так враждебно. — Такие дети запросто могут служить в армии.
— Если мы их прогоним, — вмешалась невысокая женщина, — то чем будем лучше того дельца? — Она неопределенно качнула головой.
Старик закашлялся, харкнул и махнул рукой.
— Идете к Роэну, короче. Пусть мастер решает. Маршал, проводи их. И без глупостей, понятно? — он выдернул лопату и угрожающе постучал по столбу, отряхивая от земли.
Маршал зло скривился, но послушался.
— Не отставайте, вардены, искать вас никто не будет. И восхищайтесь лучшей кузницей середины земли.
Деревня раньше примыкала к цепи шахтерских поселений добывающей компании «Цваральг», выкупившей по дешевке земли лет тридцать назад. Шахты и заводы тянулись намного восточнее, в отдалении от главной железной дороги, что не мешало компании богатеть и высасывать право на ресурсы у местных простаков. А те, кто отказывался служить «Цваральгу», хирели и вымирали от безработицы. Дети уезжали в крупные города на заработки, а старики уносили секреты выплавки руды в могилу. Так что уныние и запустенье Локи совсем не удивили. Зато Каге хмурился больше с каждой облезлой собакой и облупившейся дверью.