Мулл поднялся, сжимая в руке кинжал. Он почувствовал, как тьма клинка зовет его, предлагая силу, достаточную для победы над врагом. Но Мулл помнил свою цель: спасти сестру, а не поддаться тьме. Он взглянул на Элимита, который тоже поднялся, его глаза горели решимостью. Вместе они встали на защиту Циннейриэль, готовые сразиться с любой тьмой, чтобы забрать её с собой на поиски сестры.
Сестра не ждёт.
Едва коснувшись песка, Элимит рухнул на колени, тяжело дыша. Пылающие крылья опали, оставив на его спине лишь темные, обугленные отметины. Багряный свет, пульсировавший в венах, постепенно угасал, очерняя кожу болезненно и мучительно для героя. Он ощущал, как магическая скверна покидает его тело, освобождая от чудовищной силы и, вместе с тем, отравляя нутро нестерпимой болью.
Циннейриэль - Вы от кого? Элиот снова разболтал?
Элимит - ….
Циннейриэль склонилась над Муллом, пытаясь остановить кровотечение из глубокой раны на руке. Жизнь медленно покидала его, оставляя на лице печать надвигающейся смерти. Элимит, собрав последние силы, подполз к ним.
– Здесь… – прохрипел он, протягивая Муллу небольшой амулет, висевший у него на шее. – Он… спасет тебя…
Циннейриэль, не теряя времени, надела амулет на Мулла. Тотчас же вокруг него вспыхнуло мягкое золотистое сияние, и рана начала медленно затягиваться. Дыхание Мулла выровнялось, а в глазах промелькнул слабый проблеск жизни.
Небо над ними светлело, возвещая о приближении рассвета. Тьма, отступившая перед силой Элимита и магией амулета, рассеивалась, уступая место первым лучам восходящего солнца. Они выжили. Но страшная битва оставила на каждом из них неизгладимый след, напоминая о хрупкости жизни и о тьме, что таится в глубинах неизведанного.
Время 109:752
Мулл встал
Мулл - всё, пора , сестра не будет дальше ждать
Элимит - «тяжело вздохнув» я с тобой
Циннэйриэль - спасибо , я с вами пойду , в воду мне нельзя
Мулл кивнул, принимая решение друзей как должное. Его взгляд, устремленный вдаль, не выражал ни удивления, ни протеста. Только усталость и решимость.
Жива ли ты?
Они двинулись дальше, но приключения, казалось, иссякли, оставив лишь тягучее ожидание. Время текло медленно. И вот они стоят перед громадой замка, зловеще возвышающегося над равниной. Нелепо, но вокруг не было ограды – лишь зияющие провалы искореженного камня, словно замок выплюнул свои внутренности наружу. Врата же, запечатаны зловещей печатью.
– Мулл – это че за хуйня?
– Цин – Я видела такую печать… но не могу вспомнить, как её снять.
– Мулл – Да ладно, разъебанный замок и такая сильная печать? Мою сестру что, в золотой клетке держали?
– Элимит – Я…
– Мулл – Не понимаю, кому это вообще понадобилось?
– Элимит – Му…
– Мулл – Да это просто пиздец какой-то! Мы шли сюда так долго, чтобы вот так сдаться?
Пока Мулл извергал поток возмущения, Элимит, с лукавой усмешкой, подмигнул Циннейриэль и, схватив её за руку, подвел к вратам. Затем, не говоря ни слова, приложил клинок к печати. Камень задрожал, и вся дверь, вместе с печатью, начала рассыпаться в прах, открывая путь в черное нутро замка. Они ринулись внутрь.
– Мулл – Опа… ну, ладно.
Они поднимались по винтовой лестнице к самой высокой башне.
Время: 130:570.
Наконец, они достигли вершины.
– Мулл – Смотрите! Дверь! Опять с печатью? Но эта синяя, а не красная.
– Элимит – Попробуй коснуться её.
Мулл с неуверенностью и даже страхом посмотрел на Элимита. Циннейриэль стояла рядом, с любопытством разглядывая дверь. Мулл нерешительно прикоснулся к двери… и бинго! Это сработало.
За дверью открылась серая комната, обставленная крайне скудно. В центре стояла единственная кровать, а на ней – закрытый гроб. Мулл, увидев его, задрожал всем телом. Голос его сорвался:
– Р…ребят, это же… не она?
Циннейриэль, понимая, что их поиски окончены, прижалась к груди Элимита, и плечи её затряслись в беззвучных рыданиях.
Мулл бросился к кровати. Гроб был плотно закрыт. Он попытался поднять крышку, но та не поддавалась.
– РЕБЯЯЯЯТ, ПОМОГИТЕ ЖЕ МНЕ! – взревел Мулл, слезы градом катились из его глаз. Друзья немедленно пришли на помощь. С невероятными усилиями им удалось сорвать крышку.